– Обычная пропаганда, – нервно вытирая платком блестящую лысину, ответил генерал Ганс фон Зальмут.
– А вы что скажете, герр командующий? – поинтересовался Думитреску.
Все время передачи Манштейн крутил в руках резную трость, которую подарили ему латышские патриоты еще в сорок первом году, задумчиво рассматривая пол.
– Очень интересный юноша. Так хотелось поговорить с ним. Жаль, что это не удалось, – задумчиво ответил генерал.
– Но что вы думаете о его словах? Это правда? То, что все это придумал фюрер? – не унимался румынский генерал.
– Фюрер у нас непогрешим… – с едва заметной усмешкой ответил фон Манштейн, – однако мы собрались тут не для того, чтобы обсуждать подобные глупости. Вернемся к плану штурма высоты двести одиннадцать-ноль восемь. Нужно продвинуть линию фронта на пятнадцать километров вперед, тогда у нас появится возможность для удара вдоль шоссе.
Генерал Думитреску озадаченно посмотрел на него и задумался. Манштейн не ответил на вопрос. Неужели все, что сказал этот Суворов, правда? Генерал припомнил, что о чем-то подобном в изрядном подпитии говорил один из эсэсовцев, прикрепленных к их армии.
"– …вот такие мы… по словам немцев, неполноценные. Знаете, что самое забавное? По словам этого Ганса, сотрудники, отвечавшие за чистоту расы, были изрядно шокированы, когда появились на нашей территории. Оказалось, по всем параметрам истинных арийцев среди советского населения на порядок больше, чем в Германии.