Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Так, надо определиться, где я!»

Достав карту, с помощью её и компаса попытался определить свое местоположение, но через несколько секунд бросил это занятие. Бой был тяжелый, до сих пор голова кружилась от перегрузок, и отслеживать, где точно нахожусь, было сложно. Проще говоря, полностью отдался упоению боя, так что теперь требовалось найти какой-нибудь ориентир…

С декабря сорок второго в спаскомплект летчика входил и автомат. Фактически это был компактный пистолет-пулемет, крепившийся на бедре. К нему шли четыре магазина в чехлах, пришитых к штанинам комбинезона по два на каждой ноге выше колена.

Еще нож и граната, но граната – это моя инициатива, я помнил крымские горы."

"«Ласка», как прозвали летчики этот ПП, мне понравился – удобный, легко держать в руке, даже проволочный приклад есть. На дистанции до ста метров то, что нужно. Привел его к бою и проверил остальное оружие.

Отцепив один из ремней портупеи от пояса, прикрепил его к оружию и, повесив на плечо, энергичным шагом зашагал в сторону восходящего солнца.

Оба «мессера», что сопровождали меня до земли, уже ушли к остальным, так что я шел спокойно, и только хруст сухих веток и очень далекий гул самолетов нарушали тишину.

– Ух ты! М-да, дежавю, – пробормотал я. Из тысяч хуторов, что находились вокруг, случайная тропинка вывела меня именно к тому, где побил поляков на второй день пребывания в этом мире.

Покрутив головой, осторожно вышел на открытое пространство. Хутор оказался заброшенным.

Судя по бурьяну, тут уже год как никто не бывал.

Насколько помню, домов было три, сейчас же виднелся только один почерневший от сажи сруб без крыши. Сараев, за которыми когда-то прятался, и сеновала, откуда стрелял по хуторянам, не было. Видимо, сгорели.

– Интересно, что тут произошло?

Сторожась, я подходил к хутору, зорко осматриваясь. Сперва стали попадаться небольшие воронки от мин, потом стреляные гильзы от немецких карабинов, деревянная рукоятка от гранаты… Тут явно шел бой.

С кем, выяснилось довольно быстро. В золе дома, в котором когда-то спал, валялись ржавые остатки ППШ, у забора лежал человеческий костяк в обрывках советской десантной формы. Тут явно приняли бой наши разведчики. Судя по всему, свой последний бой.

Даже не подумав о том, что меня могут искать немцы, подобрал валявшийся на земле ржавый заступ и пошёл к одинокому дубу, росшему посреди поля – оставить своих непогребёнными я не мог. Однако не успел.