Тот, кто бывал во влажных тропиках, не забудет прелести веющего прохладой раннего утра, когда перед самым восходом солнца в лесу просыпается жизнь, раздается многоголосый хор птиц, пробиваются первые лучи солнца и капельки росы на сочных листьях, словно жемчужины, загораются всеми цветами радуги. Воздух свеж и прохладен. Но как только солнце поднимается над горизонтом, начинаешь испытывать тягостное чувство, невольно ищешь тени… Постепенно стихает громкое щебетание птиц; воздух становится все более душным.
– Доброе утро, Робинзоны, – со стоном произнес я, потягиваясь. Сырая после ночи одежда прилипла к телу, заметно освежая. Рана и синяки сразу же дали о себе знать, когда я пошевелился.
– Доброе-доброе, – ответил Гриша, с болезненным лицом щупая бок.
Вскочив, я сделал несколько приседаний, чтобы скинуть сонную одурь. Быстро натянув штаны и ботинки, сбегал в кусты, отойдя подальше, освободил от излишков организм, после чего к морю – ополоснуться.
– Кто в туалет хочет, кому помочь?
Гриша сам справился и пошел умываться, а вот Никифорову нужно было помочь. Закончив с этим, я спросил у подходившего Гриши:
– Ты как, ходить сможешь?
– Сами видите, товарищ подполковник, – ответил он мне слегка недоуменно.
– Так, давай без официоза. Мы тут все в одной заднице. Можешь называть меня Сева. В общем, давай на «ты».
– Хорошо.
– Я хотел весь остров обежать, осмотреться. Вдруг еще кто тут кроме нас есть? А ты пока сходил бы за водой, плодов набрал. Тут до воды с километр будет. Сможешь?
– Смогу, только объясни, как найти родник."
"– Я лучше нарисую. – Подхватив ветку от прогоревшего костра, стал рисовать на песке остров: – Вот, смотри.
– Понял. Рубашку одну возьму, использую как мешок.
– Молодец, я не догадался. Нож нужен?
– Зачем?
– На всякий случай спросил. Когда вернусь, займусь рыбалкой.