Нужно только пару месяцев до развода пережить, то есть искру извлечь и окончательно помахать ручкой его драконейшеству. Причем «дра» в этом слове явно лишнее.
— Это плохая новость? — уточнила я.
— Да, — Анаста горестно закусила губу.
— Тогда отлично, — я указала на корабль, — если сядем на эту посудину, то уже через две недели у нас будет собственный дом. Поверь мне, это лучше, чем дворец, где даже чихнуть не по этикету страшно.
Отступила в сторону, пропуская Анасту вперед, но сестра не пошевелилась. Она не посмотрела на корабль, но и на меня она тоже старалась не смотреть.
— Что ты такое говоришь, Альви? Дворец — лучшее место во всем мире!
— Сложно сказать, если ты почти нигде не была…
— Я с тобой не поплыву, — призналась она с горечью в тонком голосе.
Вот тебе и Настя! Значит, бросает меня. Но почему?
— Это вторая плохая новость? — пробормотала я. — А какая тогда хорошая?
Анаста наконец-то посмотрела мне в глаза, и в ее взгляде я не уловила ни капельки сожаления.
— Я стану новой Искрой ара Эрхольда! — взвизгнула она радостно.
Она не собиралась ехать с Альви, внезапно поняла я. С самого начала не собиралась. Разве что пришла проводить ее в последний путь, тьфу, в Лавуаль. Анасте нравится дворец и, как оказалось, не только.
Кусочки пазла внезапно сложились в единую картину. Во дворце я об этом не задумалась, не до того было, но сейчас на меня вдруг свалилось осознание, почему Анаста вообще побежала к императору.
Мой муж изменяет мне с сестрой. Даже осознание, что император мне не муж, а точнее, не муж мне, не спасло от хорошенькой ментальной пощечины. Потому что было невероятно противно узнать, что сестра, не просто сестра, подруга, меня предала.
Я сжала кулаки так сильно, что боль от впившихся в кожу ногтей перебила холод.
А он? У ара Эрхольда все быстро: один инкубатор не сработал, сейчас другой оплодотворим. Могу поспорить, Анасте он магическое ЭКО не предлагал, все по старинке, как у настоящих драконов. По-звериному, в смысле.
— И как давно вы с ним пришли к «взаимопониманию»? — поинтересовалась холодно.