Она развалилась на две части, а я почувствовала себя бабочкой, которая наконец-то развернулась из своего кокона.
— Какая же ты красивая, — простонал Натаниэль, впиваясь взглядом в мою обнаженную кожу.
— Не пытайся проделать тот же трюк с чулками, — хмыкнула я. — Они из волшебной шерсти, их нельзя порвать.
— Значит, зубы им не страшны, — лукаво усмехнулся он и, быстро сместившись вниз, зубами потянул край чулка вниз.
Мы смотрели друг другу в глаза, и меня всю перетряхнуло от этого зрелища. Кожа загорелась и стала чувствительной-чувствительной, причем не только в местах, где меня касался муж, но и везде.
— Я больше не выдержу этой сладкой пытки, — простонала я, потянув его наверх. — Иди ко мне!
Если до этого наши поцелуи были нежными, то сейчас это больше напоминало схватку, когда каждый из нас пытался захватить в плен другого. Но при этом мы будто оба понимали, что самый верный способ выйти победителем из этой битвы — сдаться на волю собственных чувств.
— Хочу тебя! — не то попросила, не то потребовала я, едва оторвавшись от его губ.
— Не могу отказать своей императрице, — хрипло ответил Натаниэль, располагаясь между моих бедер и толкаясь вперед.
Первое проникновение получилось острым, не болезненным, но ощутимым, даже несмотря на то, что я хотела этого дракона так, как ни хотела ни одного мужчину. Но он был большим, а я нестерпимо узкой. Натаниэль тут же замер, закусив губу так, что она побелела от напряжения, позволяя мне привыкнуть, а затем качнулся.
Поэтому я закинула на него бедра, обняла ногами за талию и руками за шею, подаваясь вперед и сама целуя моего дракона в губы. Задавая ритм, которого мне хотелось. Которого я больше всего жаждала. И во мне словно сломалась какая-то запирающая печать, потому что внутри будто раскрылся огненный цветок.
В какой-то момент он потянул меня на себя, и мы оказались сидящими друг напротив друга. Я тонула в его драконьем взгляде, который затягивал меня глубже и глубже.