Ленка игриво хлопает ее по попе:
— Здравствуйте детки, кто хочет конфетки? — Выразительно и нараспев произносит она, а потом цыкает, — Мы вообще-то по сценарию работаем, ну-ка за стол быстро! Не мешайте артистам…
Девчонки с гиканьем уносятся в гостиную, и я слышу, как они восторженно переговариваются:
— Ты видела, там два мешка…
— Мы себя хорошо вели в этом году…
И снова дружный хохот.
— Ну вот, видишь, все подарки заслужены! Мы же ходим только к хорошим детям, — выразительно смотрю на Лену. И шёпотом добавляю, — текст не забыла?
— Забудешь тут… Ты меня за такое съешь потрохами, — ворчит она и так умильно хмурит бровки, что я не выдерживаю, и снова ее приобнимаю.
Мне все время хочется ее тискать, как плюшевую игрушечку. Такая ладненькая, хорошенькая, трогательная… Ничего не могу с собой поделать.
Она восхищает меня каждый день. Не понимаю, как можно быть одновременно такой нежной, ранимой. Но, в то же время, сильной и твердой.
И эта ее напускная строгость, когда она пытается отчитывать меня или девчонок… Да у нее просто сердце болит за каждого из нас.
От несчастья до счастья — целая жизнь. И всего один шаг.
Я теперь это точно знаю."
"И этот шаг я сделал, когда попросил Риту передать ей мою визитку.
Я сам не знаю, как понял, что она занимает в моей душе больше места, чем я рассчитывал изначально. Влюбился ли я в нее сразу, с первого взгляда? Или моя помощь была вызвана человеческим состраданием? Не знаю…
Но однажды я понял, что больше не могу.
Не могу быть один. Задолбало!
И быть с кем попало тоже не готов!
Это было год ровно назад.
И никто не знает, скольких людей мне стоило поднять и напрячь, чтобы вечером 31 декабря выкружить билеты в Диснейленд. Я тогда загадал, если она согласится — то все будет хорошо. Если нет — ну что же… Так тому и быть.
— Чтоб никто не хмурил глазки, начинайте игры, пляски… — чеканит Ленка и смотрит на меня в ожидании одобрения. Я, усевшись на стуле, гордо киваю ей и, пряча улыбку в бороде смотрю, как она водит хоровод с девчонками.
— Зеленая была… — звонко выводит моя жена и с любопытством поглядывает на меня из-под кокошника.
По сценарию я должен сейчас к ним присоединиться, но ничего не могу с собой поделать. Сижу и любуюсь.
Беременность Лене к лицу, она расцвела, как роза. Стала мягче, женственнее… Будто мокрой рукой провели по глиняной заготовке и сгладили все углы.
Сижу, да. Хоть и в длинной шубе, но еще заметит, как ноги дрожат от нежности.