На секунду я теряю контроль. Этот поцелуй будто из нашего далекого прошлого, когда мы наслаждались друг другом и с головой ныряли в страсть. Рвет блузу, пуговицы звонким горохом падают на пол, и, задыхаясь под яростным напором, я кусаю Артура за губу до крови. Чувствую на языке вкус солоноватого железа.
Отшатывается, вытирает тыльной стороной кровь, глядя на меня исподлобья. Вместе и шумно выдыхаем. Молча смотрим друг другу в глаза, и у меня в голове что-то щелкает. Меня накрывает оглушающей и ослепляющей волной желания и гнева.
Артур валит меня на пол. Задирает юбку, с рыком рвет капроновые колготы и вновь въедается в мой рот, и я отвечаю ему яростной взаимностью. Коленом разводит ноги, и наши языки переплетаются в желание срастись вместе. Толчок, и я утопаю в стонах и рыках. Проникает глубже и яростнее, а мое безумие сжимается до черной точки и взрывается острыми осколками, что пронзают все тело судорогами.
Я чувствую Артура. Его рык вибрирует в моей груди. На краткий миг мы воссоединяемся в бесконечной и холодной Вселенной, а после на меня обрушивается реальность. Сознание проясняется. С тяжелыми и хриплыми выдохами Артур вглядывается в мои глаза, и в панике и слабости отталкиваю его и отползаю. Нет. Да как же так?!
Сгребает в объятия, прижимает к себе, а я всхлипываю:
— Что мы наделали… Нет…
— Вита… Девочка моя… — судорожно шепчет Артур в ухо.
— Нет, — я издаю какой-то птичий клекот и пытаюсь вырваться из лап Артура, но ничего не выходит. — Что ты творишь… Зачем…
— Я не хочу тебя потерять, Вита. Ты вся моя жизнь… Ты часть меня, Вита… Ты мое сердце… Без тебя ничего не имеет смысла…
Брыкаюсь и отползаю к стене. Сажусь, одернув юбку, и шепчу, глядя на Артура, роняя слезы.
— Ты делаешь мне больно… ты терзаешь меня… мучишь… — прерывисто выдыхаю.
Я вся съеживаюсь, когда Артур подползает ко мне и кладет голову на бедра, уткнувшись лицом в живот.
— Прости меня. Прости…
Меня ведет немного в сторону, и я закрываю глаза. В груди сердце вот-вот лопнет от нелогичной нежности, которая врастает в тоску по прошлому.
— Вернись ко мне… Давай начнем сначала…
— Я не могу, — горько и с тихой истерикой смеюсь я.