Взяв с собой Микнера, он погрузился на лодку и выплыл на середину лагуны, полагая, что безопаснее всего дождаться звонка Зовастиной на воде. Там он и оставался, созерцая залитые светом прожекторов купола и остроконечные башни, розово-белый Дворец дожей, колокольню и ряды древних зданий — высоких и основательных, испещренных окнами и балконами, которые в это время были окутаны черным плащом ночи. Он думал о том, что с радостью покинет Италию.
Здесь у него все шло сикось-накось.
— Пора нам с вами поговорить, — сказал Микнер.
Он держал священника в передней каюте. Тот сидел спокойно и до последнего момента хранил молчание.
— О чем нам с вами говорить?
— Ну, хотя бы о том, что вы — американский шпион.
60
Центрально-Азиатская Федерация
Винченти позволил Карин переварить услышанное. Ему вспомнилось, какие чувства охватили его самого, когда он осознал, что нашел лекарство от ВИЧ.
— Я рассказывал вам о старике в горах…
— Вы нашли это там? — спросила Карин. В голосе ее звучала надежда.
— Точнее было бы сказать — заново нашел.
Он никогда и ни с кем не говорил об этом. Да и мог ли он? Поэтому сейчас Винченти охотно пустился в объяснения.
— Ирония судьбы заключается в том, что простейшие вещи могут служить разрешением сложнейших проблем, — заговорил он. — В начале двадцатого века в Китае свирепствовала болезнь под названием бери-бери, косившая сотни тысяч людей. Знаете почему? Чтобы рис имел более привлекательный товарный вид, торговцы стали полировать зерна, удаляя их внешнюю оболочку, в которой содержался тиамин, или, говоря научно, витамин В1.
Кора тихоокеанского тиса является эффективным средством против рака. Она не лечит болезнь, но замедляет ее течение. Обычная плесень позволила создать антибиотики, которые способны побеждать многие инфекции.
— Оно было в том растении, которое вы жевали? — спросила Карин.
— Не оно. Они.
Он видел, что ее страх пошел на убыль. То, что казалось ей угрозой, быстро превращалось в спасение.
— Тридцать лет назад мы обнаружили вирус в крови зеленых мартышек.