Измена по-венециански

Права, что увидела врага в Ирине Зовастиной. Она была права, когда убивала мужчин в Венеции. Как выяснилось, она заблуждалась в отношении Виктора, но ее нисколько не мучила совесть за то, что она отправила на тот свет его напарника. Не она, а Зовастина затеяла эту драку.

Вертолет опустился на землю. Гул турбин начал стихать, и вскоре его сменила звенящая тишина. Кассиопея отодвинула дверь заднего отсека, Малоун и Виктор тоже стали выбираться наружу. Сухой день, дружелюбное солнце, теплый воздух. Она посмотрела на часы.

15.25. День выдался долгий, и конца ему не было видно. Ей удалось перехватить лишь пару часов сна — в самолете, во время полета с Зовастиной из Венеции, да и то она не спала, а скорее дремала.

Она вручила каждому из мужчин по пистолету. Малоун кинул свой прежний пистолет на сиденье вертолета, а новый сунул за пояс. Виктор сделал то же самое.

Они находились примерно в ста пятидесяти метрах от дома, прямо позади рощицы. Тропинка, что вела к горе, тянулась справа от них. Малоун наклонился и пощупал толстый кабель, змеящийся параллельно тропинке.

— Гудит. Кому-то определенно нужно, чтобы внутри скалы горел яркий свет.

— Что там может быть? — спросил Виктор.

— Возможно, именно то, что так усердно искала ваша бывшая начальница.

Пока Зовастина давала указания двум солдатам, отправляя их в лабораторию, Стефани приблизилась к Торвальдсену.

— Как ты себя чувствуешь?

Тот криво усмехнулся.

— Бывало и хуже.

Однако бравада старика не смогла успокоить Стефани. Ему давно за шестьдесят, у него больной позвоночник, и он далеко не в лучшей физической форме.

— Тебе не следовало слушать этих людей, — проговорила Зовастина, обращаясь к Эли.

— Почему? Это ведь вы направляете оружие на всех подряд, бьете старого человека. Может, попробуете стукнуть меня?

Зовастина рассмеялась.

— Ученый, которому захотелось подраться? Нет, мой начитанный друг, мы не должны воевать. Мне нужна твоя помощь.

— Тогда прекратите все это, отпустите их — и вы ее получите.

— Если бы все было так просто!

— Она права, — вступил в разговор Торвальдсен, — все далеко не так просто.

Она планирует биологическую войну, считает себя эдаким Александром Великим сегодняшнего дня, собираясь вернуть все, что было завоевано им, и даже больше.

— Не стоит надо мной насмехаться, — предупредила Зовастина.

Но Торвальдсена было не запугать.

— Я всегда говорю то, что считаю нужным."

"Зовастина подняла АК-74.

Эли прыгнул вперед и загородил собой Торвальдсена.