Если я лишусь папы, как Илая, я больше не смогу здесь оставаться. Я не смогу оставаться с мамой и этими монстрами в ее глазах.
Она тащит меня вниз по лестнице в подвал. Мои ноги дрожат, чем дольше мы спускаемся.
Дверь ударяется о стену, когда она пинком распахивает ее. Мои ноги превращаются в камни.
Серые Глаза.
На спине его рубашки большое красное пятно. Он лежит лицом к стене и не двигается.
Почему он не двигается?
— Проснись! — я кричу. — Ты должен убежать от этих монстров в глазах мамы.
Он не шевелится.
— Илай, твоя сестра здесь. — мама воркует тихим голоском, залезая в карман платья и доставая связку ключей. — Давай, малыш, пойдем на улицу. Тебе нравится на улице.
Я смотрю на ключи в руках мамы, а затем снова на Серые Глаза.
— Илай, если ты не проснешься, мама разозлится, хорошо? — ее голос становится жестче, глаза бегают туда-сюда.
— Я разбужу его. — я вытираю щеки тыльной стороной ладоней. — Дай мне ключи, и я разбужу его.
— Очень хорошо, дорогая. — она вкладывает ключи в мои руки.
Я ее не слушаю. Как только ключи оказываются у меня, я бегу к мальчику, который добавил красок в мои дни, и освобождаю манжету на его лодыжке. Его кожа покрыта красным, как и его спина.
— Серые Глаза. — слезы падают на его бледное лицо, когда я сжимаю его щеки. — Серые Глаза, пожалуйста.. ты.. ты обещал...
Почему все продолжают нарушать свои обещания? Сначала Илай, потом папочка, а теперь он.
Его кожа очень горячая.
— Ты еще не закончила? — спрашивает ма у входа, ее голос становится нетерпеливым.
Будет плохо, если мама потеряет терпение. Она позволит этим монстрам делать все, что им заблагорассудится.
— Пожалуйста.. Пожалуйста...
Я откидываю его черные волосы назад. Они потные и влажные.
Он шевелится, глаза медленно приоткрываются. Дважды моргнув, он бормочет:
— Эльза?
— Да, это я! — я хватаю его за руку. — Давай, нам нужно идти.
Он, пошатываясь, поднимается на ноги, слегка опираясь на меня.
Мы медленно добираемся до мамы. Она наблюдает за нами с безмятежным выражением лица.
— Мои малыши.
Эйден смотрит на нее снизу вверх, хотя достает ей только до талии.
— Иди первым, Илай. — улыбаюсь я ему. — Мы с мамой последуем за тобой. Верно, ма?
Она медленно кивает.
Он смотрит на меня и шипит:
— Что ты делаешь? Мы должны оставить красную женщину. У нее пистолет.
— Иди, Илай! — я подталкиваю его к входу.
— Нет.