Я должна была знать, что Эйден устроит мне где-нибудь ловушку.
— Сделка есть сделка, милая. Твое любопытство восхитительно.
— Ох, заткнись.
Раздраженно я расстегиваю лифчик и позволяю ему упасть.
Эйден смотрит на меня так, словно я его любимое блюдо, которое он съест перед камерой смертников.
Затем я вылезаю из юбки, и голая становлюсь перед ним на колени.
Долгие секунды Эйден просто наблюдает за мной. Его брови сходятся над потемневшими глазами, будто он хищник, пробующий свою добычу.
— Хм. — он протягивает палец и проводит им по моему затвердевшему соску.
Даже если бы и было холодно, от его прикосновения мне становится тепло.
— Нет, — говорю я.
— Тогда мне не нужно согреть тебя, а?
Уф. Есть ли способ взять свои слова обратно?
— Эйден...
— Хм, милая?
Он крутит оба моих соска между пальцами, скручивая и мучая их.
Волна удовольствия пронзает меня до глубины души, пока я почти не убеждаюсь, что он видит мою киску, блестящую от возбуждения.
Он силой щипает меня за сосок.
— Я жду. — его голос становится хриплым от вожделения. — Ты что-то хотела сказать?
Я неохотно встречаюсь с ним взглядом, умоляя его уже взять меня.
— Я.. Я...
— Чего ты хочешь?
Он наклоняется и втягивает сосок в рот. Его язык облизывает вершинку и кружит вокруг.
В моем животе порхают тысячи бабочек.
— Скажи, что хочешь меня, — говорит он, прижимаясь к моей мягкой плоти, щетина щекочет кожу.
— Я хочу тебя, — слова вырываются с мучительным вздохом.
Я всегда в таком беспорядке, когда он дразнит мою грудь. Они пульсируют и болят, но я все еще жажду большего.
Я хочу всего его. Хорошего, плохого и уродливого.
Он стягивает пуловер через голову. Я едва замечаю пустоту на возбужденных сосках, прежде чем он возвращается к их подразниванию, мучая языком, губами и зубами.
В то же время он стягивает с себя джинсы и боксеры. Толщина его члена прижимается к моему бедру, горячая и готовая.
— Чего еще ты хочешь, милая?
Я отвлекаюсь на совершенство его члена и упругость пресса.
Может, я бы поверила в это несколько месяцев назад, но не сейчас.
Теперь я доверяю Эйдену.
Я верю, что он не причинит мне вреда.
Я верю, что он поставит мир передо мной на колени.
— Я хочу быть твоей королевой.
— Ты уже королева. — он рычит у моей кожи, и я на мгновение закрываю глаза от этого ощущения.