Я, с другой стороны? Мне надоело наблюдать, как два социопата пытаются перехитрить друг друга.
Пока Ашер продолжает рассказывать о юридических текстах и прочем, я сжимаю руку Эйдена и шепчу:
— Я устала. Поехали домой.
Он даже не останавливается, чтобы обдумать.
Все еще сжимая мою руку, он встает, тянет меня с собой и обрывает Ашера.
— Моей жене нужно отдохнуть.
— Неудачник, — бормочет Ашер.
Эйден ухмыляется.
— Я беру отсрочку.
— Я буду здесь, — кричит Ашер нам в спину, когда мы направляемся к двери. — Итак, на чем я остановился? — он пускается в долгий, односторонний спор.
— Почему ты вообще с ним дружишь? — спрашиваю я, как только мы остаемся наедине.
— Потому что он веселый, милая. Нам нужны веселые люди, которые не являются политкорректными.
— Ты имеешь в виду социопатами.
— Каждое общество нуждается в старомодном злодеи. — он улыбается мне сверху вниз, затем его брови морщатся. — Почему ты устала?
— Я... — прежде чем я успеваю что-либо сказать, он кладет ладонь на середину моей груди.
Я наблюдаю за нашим окружением.
Я знаю, что он просто проверяет мое сердцебиение — как он делает каждый день. На самом деле, он иногда спит, положив голову мне на сердце, убеждаясь, что оно правильно бьется.
— Я же говорила тебе проверять пульс на моем запястье, когда мы на публике, — шепчу я. — Люди наблюдают.
— К черту людей. Я проверяю пульс своей жены так, как мне заблагорассудится. — он
убирает руку и кладет два пальца мне на шею. — Хм. Твой пульс в порядке.
— Да, — говорю я, когда мы выходим на холодный воздух.
— Тогда в чем дело? Чувствуешь стеснение в груди?
— Нет.
— Учащенное сердцебиение?
Я качаю головой.
Эйден чертовски строг, когда дело касается моего здоровья. Он более религиозно относится к моим назначениям, чем я. Он постоянно изучает проблемы с сердцем, как врачи с учеными степенями.
Он даже подумывает пройти курс по медицине.
Без шуток, он действительно над этим думает.
Он встает передо мной, застегивает мое пальто до подбородка, снимает свой шарф и завязывает его вокруг моей шеи.
Он пахнет им, чистотой и мужественностью. Я делаю глубокий вдох, вдыхая его в легкие.
Эйден берет мои холодные руки в свои и вдувает в них теплый воздух, прежде чем положить их в мои карманы.
Я наблюдаю за ним с улыбкой на лице. Эта сторона Эйдена всегда заводит меня в тупик. Он такой заботливый и внимательный, что мне на самом деле снятся кошмары о жизни без него.
Он стал константой, без которой я больше не смогу дышать.