Верила ли я когда-нибудь хоть одному его слову? Что он при этом почувствовал?
Правда, он ведет себя не как заслуживающий доверия человек, и он выводит меня из себя своими манипуляциями, но также правда и то, что он никогда ни на кого не смотрит так, как смотрит на меня.
Я всегда была заперта в своей голове и никогда не думала о ситуации с его точки зрения. Даже когда я пыталась, я использовала это, чтобы перехитрить его, а не для того, чтобы по-настоящему понять.
Он останавливается перед нами. Высокий, широкоплечий и.
Да. Он сексуален, и я наконец-то могу признаться в этом самой себе без того, чтобы ему приходилось прикасаться ко мне.
Эйден самый сексуальный человек, которого я знаю. Не имеет значения, был ли он моим единственным сексуальным партнером. Никто в мире не может сравниться с его силой и доминированием в моем теле.
То, как я реагирую на него, имеет такое же отношение к его личности, как и к его прикосновениям.
— Кинг! — Ронан постукивает по месту рядом с ним. — Viens par ici — Иди сюда.
Он даже не замечает его, все его внимание сосредоточено на моем лице.
— Пойдем со мной.
Я перестаю притворяться, что меня волнует еда, и смотрю на него. На то, как его форма облегает мускулистые руки и бедра. На то, как расстегнута первая пуговица, обнажая намек на его загорелую кожу.
Качая головой, я спрашиваю:
— Пойти с тобой?
— Ты поймешь по пути.
— Хэй? — Ронан вскакивает на ноги и машет в сторону Эйдена. — Я здесь.
— Двигай своей хорошенькой попкой, милая.
Я хватаю рюкзак и встаю.
Может, из-за того, что я снова услышала, как он называет меня милой.
Может, из-за его чертовски властного тона, от которого у меня внутри все плавится.
Может и то, и другое.
Эйден некоторое время остается неподвижным. Он, вероятно, не ожидал, что я добровольно соглашусь. Я тоже удивлена, но больше не могу с этим бороться.
По крайней мере, не сейчас.
Пауза Эйдена длится всего секунду, прежде чем он берет меня за руку и выводит из кафетерия.
— Хороший разговор! — Ронан кричит нам вслед.
Я смотрю на руку Эйдена, сжимающую мою. Это навевает воспоминания о том времени, когда мы были детьми.
Тогда я всегда была той, кто держала его за руку и обнимала его. Я также бесстыдно прижималась к нему и клала голову на плечо.
Кто знал, что настанет день, когда наши роли поменяются?
Мы садимся в Феррари Эйдена и вылетаем со школьной парковки.
— Куда мы едем? — наконец спрашиваю я, прижимая рюкзак к груди.
Эйден сосредотачивается на дороге.