Катастрофа

Медик закончил и снова уселся в кресло. Маленький старичок тут же утонул в его бескрайних просторах.

— Разумно. Заодно группа установит антенны связи и некоторые приборы, — поддержал предложение директор по науке. — Мы сможем восстановить связь с внешним миром.

— Что ж, очень хорошо. Я полностью согласен с вами, господа, — подытожил Управляющий. — Давайте обсудим состав и сроки экспедиции.

Тринадцатый нанёс быструю серию ударов в разные уровни и мгновенно сместился, зайдя мешку «за спину». Акцентированный удар завершил комбинацию.

Боксёрский мешок был маленьким, лёгким и мягким и не лучшим образом подходил для отработки столь мощных приёмов. Но в небольшом спортивном зале карантинного покоя он был единственным представителем боевых тренажёров, и Тринадцатый свыкся с ним, словно со старым другом, за эти долгие томительные недели лечения. Таймер спортзала недовольно звякнул, сообщая об истечении максимально возможных трёх часов тренировки, и уставился на бойца нолями дисплея, словно глазами, укоризненно требующими от надоедливого посетителя очистить помещение. Тринадцатый с досадой вздохнул и погладил мешок рукой по избитому боку.

— До завтра, дружище. Не скучай тут.

Возвращаться в пустую палату не хотелось, но выбора не было. Повесив полотенце на плечо, боец прошёл к душевым.

В палате его уже ждал Сорок восьмой. Он был возбуждён больше обычного и возвестил главную новость, едва Тринадцатый шагнул за порог:

— К нам с поверхности идут спасатели! Скоро наше затворничество закончится, весь Бункер стоит на ушах.

Совет отправляет экспедицию им навстречу, установить контакт и наладить связь. В группе десять человек, пятеро наших и четверо из Научного, потащат на поверхность антенну коммуникатора. Старшим экспедиции идёт зам начальника службы охраны, так что через десять часов будем знать новости с поверхности из первых рук.

Он довольно улыбнулся. Тринадцатый развёл руками:

— Будете перебираться наверх, меня не забудьте, а то так и проваляюсь тут до старости. Я скоро начну сам с собой беседы вести.

Сколько меня ещё будут мурыжить наши доблестные эскулапы, о Всезнающий?

— Вроде три дня осталось, так что держи крышу двумя руками, чтоб не съехала, — Сорок восьмой заржал и хлопнул Тринадцатого по плечу. — Пора мне. — После чего, как всегда, буквально вылетел в дверь."

"Боец проводил взглядом товарища и лёг на кровать. Потолок над головой за эти недели был изучен вплоть до квадратного миллиметра, впрочем, как и стены, и пол, и нехитрая обстановка палаты.