Наблюдатель, даже не обернувшись, выругался и полез на броню, неуклюже скользя руками по засыпанному снегом железу. Майор скользнул к спине возящегося с прожектором солдата и, аккуратно приподняв свободной рукой ушанку, нанёс короткий мощный удар ножом в шею. Направленное под нужным углом лезвие в одно движение перерезало сонную артерию и пробило трахею, наблюдатель захрипел, обливаясь кровью и пытаясь обхватить ладонями рану, рухнул на броню и скатился в снег.
— Какого хрена ты там делаешь? — донёсся из бронетранспортёра недовольный хриплый голос.
Как только, громыхнув замком, крышка люка механика-водителя поползла вверх, Тринадцатый одним прыжком оказался рядом. Водитель высунул голову, собираясь осмотреться, и в этот момент клинок вошёл ему в глазницу по самую рукоять. Не теряя времени, майор ухватился за воротник армейского полушубка и, рывком выдернув тело из люка, сбросил на землю. После чего быстро вернул прожектор в первоначальное положение и замер между открытыми люками.
Больше в БТР никого не было, десантное отделение пустовало, и Тринадцатый, спрыгнув с брони, коротко скомандовал в эфир:"
"— Начали.
Почти половина бойцов группы, как выяснилось, имела боевой опыт вождения БТР, было даже два танкиста, поэтому экипаж из трёх человек для трофейной брони сформировали мгновенно. Пока майор обговаривал с ними детали, бойцы вытаскивали из грузовика ящики с тротилом и исчезали в темноте.
— Грузовик не заводится, — прозвучал в наушнике доклад.
Тринадцатый повернулся к командиру экипажа и усмехнулся.
— Тогда план «Б». Цепляй.
Командир коротко кивнул, и экипаж скрылся в БТР. Стальная коробка развернулась и задним ходом сдала к грузовику. Спустя две минуты слегка опустошённый склад на колёсах утащили во мрак.
В отличие от склада взрывчатки, стоянка грузовиков не охранялась. Майор, бесплотной тенью скользя от машины к машине, осмотрел их всех.