Выполняю роль красивой куклы, которая везде таскается за взрослым мальчиком. Все ведь так делают на самом деле. Мужчины красуются игрушками, девочки хотят машинки. Всё меняется, когда мы вырастаем.
Оказывается, что у Халида есть легальный бизнес. То, чего не было в его досье. Какая-то крупная логистическая компания, которая – я уверена – занималась контрабандой. Зачем переплачивать перевозчикам, когда можно в своей же фуре спрятать всё нужное.
– Прекрасно выглядишь, Ада, - Вадим останавливается рядом, когда мой спутник отходит чуть дальше.
– Так получилось, - цепляю шампанское с подноса официанта, жадно пью. – Я этого не планировала.
– Почему же, хороший вариант, как подобраться к правой руке Цербера. Хвалю. Только теперь не облажайся.
Но это то, что я делала всё время. Постоянно рядом с Халидом я лажала. Раз за разом, особенно, когда мужчина оказывался слишком близко. Смотрел, касался. Рядом с ним хотелось рассыпаться трухой.
Я так и делала. Сгорала и оседала пеплом на его губах. Каждый раз, когда мощным телом меня вдавливали в кровать, вели пальцами по талии. Когда кончала с именем врага на губах.
И ничего не помогало с этим справиться."
"– Узнала что-то интересное? Мы можем прижать Цербера и без убийства. Или закрыть его помощника, это ослабит его положение.
– Я…
В голове крутится встреча две недели назад. Когда только познакомились, в зале с Дамиром, его друзьями.
А ещё помню встречу с Шамилем, несколькими днями позже. Его жену Розу, и размытые темы обсуждений. И даже если ничего важного, эта информация могла помочь моему начальнику.
– Ничего.
Качаю головой, отставляя пустой бокал в сторону. Я только что солгала Вадиму, прикрывая незнакомых мне людей. Но ведь я терпеть не могла, если кто-то страдал из-за меня. Пусть даже не знаю их, пусть они сами влезли во всё – это служит оправданием.
Все же лучше, чем осознавать простую правду.
Что я не хочу говорить Соболеву то, что может навредить Халиду.
Чертова ненужная слабость, Ада, которую нужно искоренять.
Глава 54. Ада
Меня убьют. Пристрелят мои же и будут правы.
Я медленно шагаю в сторону уборной, хотя мне хочется сорваться на бег. Я только что соврала Соболеву, глядя прямо в глаза. И меня, почему-то, волнует совсем не это.
Мысль царапает, оставляя неприятные ранки. Зудящие, волнующие.