Илью выводят прочь из зала. Вышвыривают как мусор. Никто из официантов не реагирует. Администратор отворачивается. Никто не рискует вмешаться. Вообще никто. Ни один человек. Все понимают опасность. Не отваживаются рисковать.
Я тоже молчу. Сглатываю все это. Не то чтобы мне сильно хотелось общаться с бывшим. Едва ли меня ждал приятный разговор. Но все же грубо это. И разве мне ни с кем общаться теперь нельзя? Почему никого не подпускают? С чего вдруг такие меры предосторожности?
Надо это с Амиром обсудить. Обязательно.
Переждав немного, я ускользаю в туалет, так и не попробовав никакого блюда. Аппетит пропадает.
Меня трясёт. Мерзкая ситуация. И ощущаю себя мерзко. Посетив дамскую комнату, возвращаюсь обратно по узкому коридору и замечаю смежный. Оглядываюсь по сторонам, решаю его проверить. Пара шагов и я попадаю в небольшой зал. Тут фуршет накрыт, но гостей пока нет. Официантов тоже не замечаю. Видимо, просто готовятся кого-то встречать. Может вечеринка будет? Для узкого круга. Но пока что тут тихо.
Я опускаюсь в ближайшее кресло. Пульс стрекочет просто бешено. Тугие удары крови обдают виски жгучей болью.
Надо нервы успокоить. Переждать тут пару минут. Восстановиться. Потом буду размышлять и анализировать. Но откуда это ощущение тревоги? Нарастает. Прямо ключом бьет. Не пойму. Не вижу причину.
— Теперь ты счастлива? — вопрос обжигает.
Тонкие пальцы неожиданно сильно впиваются в мои плечи.
— Пусти, — выдаю тихо.
Дергаюсь. Но без успеха. Впрочем, в следующий момент меня вздергивают вверх и все же отпускают.
— Илья, что происходит? — спрашиваю, пытаясь побороть шок.
— Это ты мне скажи! — вопит он.
Боже. Сколько злости. Кипучей и неприкрытой. Понимаю, охрана обошлась с ним не лучшим образом, есть на что среагировать. Но не до такой же степени. Безумие просто. Что с ним?
— Не понимаю, — бывший срывается на шёпот. — Правда, не понимаю, что ты в нем нашла.
— Не тебе решать, — выдаю в ответ, растираю плечо.
Какая муха его укусила? Обиделся на бугая, который чуть руку ему не выдернул, и потому на мне решил отыграться?
Дурдом.
— Ты с ним… ради денег? — голос бывшего звенит от гнева.