Получим инфу и грохнем сладкую парочку. Знает она или нет. Разве важно? Смысл таиться?
— Пасть прикрой, — цедит сквозь зубы и отпихивает мужика, брезгливо отряхивает руки, поглядывает на другого типа. — Бля, ржавое ведро. Где ты его выцепил? В зассанной подворотне подобрал?
— Мой косяк, — соглашается тот. — Исправлю, шеф.
— Поздно, — кривится. — Так. Всем слушать сюда. Я тут главный. Я парадом командую. Сечете? Других командиров нет. Никто из вас ничего не решает сам. Получаете приказ и выполняете.
Отовсюду доносятся возгласы согласия.
Проклятье. Он точно не главный. Лютый просто мелкая сошка в чужой игре. Только для нас это ничего не меняет. Гад в любом случае не пойдет на попятную.
Грядет война до последнего вздоха. Его вздоха.
— Викинг придет, — урод снова оборачивается ко мне, мерзко ухмыляется, выразительно поглядывает на свои часы. — Обязательно придет, детка. И раз уж пошла такая пьянка, подождем его.
Молчание. Мертвая тишина. Озноб сотрясает меня изнутри, на куски дробит. Боюсь смотреть на Амира. Ерзаю в луже его крови, безуспешно пытаясь унять дрожь.
— Давай, я разрешу тебе выбрать, — со смеху покатывается бритоголовый, приближается вплотную, поглядывает на меня сверху вниз, поворачивается к врагу, закованному в железных цепях. — Кому девчонку отдать? Моим ребятам или Викингу? Подарочек с пробегом. Но что поделать? Все равно лакомый кусочек. Аппетитное мясцо.
Лютый снова хватает меня за волосы. Дергает на себя, заставляя подскочить. Как могу сдерживаю крик боли, преодолеваю страх, затапливающий нутро.
— А вообще не важно, — гадко гогочет. — Викинг щедрый, сам поделится!
— Он из Швеции, да? — опять обескураживаю бандита. — Из Норвегии? Дании? Красивые и живописные места, всегда мечтала там побывать.
— Чего? — настолько обалдевает, что ослабляет хватку, почти выпуская меня.
— Ну Викинг, — стараюсь выражаться ровным тоном, преодолеть ледяной испуг. — Явно ведь из Скандинавии парень. Иначе откуда у него такая кличка?
Нужно заговорить ему зубы. Любой ценой. Заболтать. Потянуть время. А потом изловчиться и…
Проклятье, даже страшно додумывать эту мысль до конца. Очень страшно, чертовски. Сглазить боюсь. Вдруг не сбудется? Вдруг пойдет не по плану?
— Так ты не знаешь, — лыбится урод, насмешливым взглядом буравит.