А морально я на дне, не соображаю, слабо осознаю происходящее, с трудом понимаю, где нахожусь, с кем и зачем.
Все вокруг выглядит странно. Размыто. Размазано.
Я покорно открываю бутылку и пью растворенный там порошок. Возможно, поступаю глупо, подвергаю себя опасности. Но и отказаться сейчас не выходит. Я толком и не задумываюсь о том, что в принципе могу отказаться. Мало ли какая внутри гадость?
Амир верит Леону. Точка. Значит, и я буду верить.
Но Амир не знал, что на нас нападут. Верно? Так он сказал. Не рассчитал, не предугадал всего.
Мне нужно за что-то держаться. Нужно. Необходимо.
Жидкость в бутылке безвкусная. Мутная. Пью мелкими глотками. Смотрю в пустоту. Дрожь в теле понемногу утихает. Дыхание выравнивается. Разум проясняется.
Или это обманчивые впечатления? Вдруг там просто наркотик? Очередная запрещенная гадость?
— Что здесь? — спрашиваю Леона.
— Препарат для восстановления водно-солевого баланс, — поясняет он и, понимаю природу моих опасений, прибавляет: — Ничего серьезного. Не волнуйся.
— Мой баланс в полном порядке, — замечаю тихо.
И продолжаю пить. Когда содержимое емкости подходит к концу, автомобиль останавливается. Поворачиваю голову и вижу знакомый отель.
Настолько быстро?
Господи, я даже не заметила, как мы сюда приехали. Вовсе пропустила подобный момент.
Неприятное чувство. Очень неприятное.
— Пойдем, — говорит Леон и помогает покинуть салон, проводит до номера и предлагает принять ванную. — Тебе надо смыть кровь. Я останусь за дверью, мы будем общаться, пока ты не закончишь.
Ограничиваюсь рассеянным кивком.
Прохожу вперед, бросаю взгляд в зеркало и обмираю на миг. Сглатывать больно. Да и челюсть ноет. На лице явственно проступает отметина, грозящая превратиться в синяк.
Боже, я так по отелю и шла?
Перепачканная кровью. В разодранном платье. Практически полуголая. При чем я даже не понимаю, когда успела испортить свой наряд. Дорогой материал теперь смахивает на ветошь.
В тайном проходе ободрала ткань? А кровь откуда? Я же не ранена.
Амир. Прямо как утреннее дежавю. Но хуже. Дьявол, сейчас и заорать не выходит. Звук забивается в груди.
Закрываю глаза и отворачиваюсь.