Проклятье. Когда этот гад меня отпустит? Когда я вернусь к привычной жизни?
Кусаю язык, чтобы не задать провокационные вопросы. Не рискую нарываться. Пожалуй, сейчас не лучший момент для выяснения. И вообще, я должна быть ему благодарна за помощь, за такую защиту. Возится со мной, от других бережет, а никакой оплаты не требует.
Черт. Вдруг ему наскучит? Надоест? На самом деле, не слишком хочу, чтобы этот амбал меня отпускал. Вряд ли остальные кредиторы Андрея так быстро про меня позабыли.
Отлично. Тогда как мне быть? Подыграть ему? Притвориться, что будто уступаю чарам соблазнения? Изобразить ответный отклик?
Паршивая идея, сомнительная и очень…
Не успеваю додумать мысль.
— Вот это подгон! — раздается незнакомый мужской голос над моей головой. — Дудаев! Лично. Собственной персоной. Какая честь для всех нас. Неожиданная встреча. Я охреневаю со своего везения.
Чуть поворачиваюсь, осторожно рассматриваю мрачного типа, который оказывается возле нашего стола. Бритоголовый. Долговязый. По его лицу трудно понять возраст, вроде морщин нет, но само выражение выдает очень богатый жизненный опыт, а в целом черты отталкивающие, неприятные.
— Я тут каждый вечер ужинаю, Лютик, — холодно чеканит Амир, откидывается на спинку дивана и смотрит на незнакомца так, что будь я на его месте, уже давно рухнула замертво. — Фильтруй базар при моей даме.
Лютик? Серьезно?! Высоченный детина слабо походит на парня с подобной кличкой.
— Лютый, — сквозь зубы поправляет здоровяк, сжимает кулаки, явно готовый броситься в бой, едва сдерживает гнев. — Мы это выяснили. Забыл?
— Что сказать? — губы Амира складываются в издевательской усмешке. — Русский — не мой родной язык. Я только самые важные вещи помню.
— Ясно, — угрожающе сдвигает брови. — Про Андрюхин должок тоже так запамятовал? А он-то мне круто торчит. По гроб жизни не расплатится. Слыхал, ты его деваху успел прихватить. Нехорошо это как-то. Не по-братски. Не по понятиям. Сечешь?
Тишина. Никакого ответа.
Меня прошибает ледяной пот. Тонкая блузка моментально прилипает к спине. Хорошо хоть ткань черного цвета, влажные следы никак не будут заметны.
Отчаянно пытаюсь услышать бой собственного сердца.