Поэтому я тут же направилась к Элиасу, который наверняка уже проснулся и ждал меня…
В эти дни я даже не вспоминала о принцессе, у меня и без нее хватало проблем. Но Даниэла не была бы сама собой, если б не появилась передо мной в самое неподходящее для этого время.
Требовательный стук в дверь заставляет меня сорваться с места. Нехорошие предчувствия раздирают мне душу, но я стараюсь не показывать и вида. Ведь в кои-то веки за одним столом сидят два самых важных и любимых в моей жизни человека — Тадеус и Элиас. Мало того, мальчик почти уже не боится моего палача.
И тут, как назло, раздается стук в дверь! А ведь я уже представляла себе, как обрадовался бы мальчуган, узнай он о том, что в маске доброго медведя к нему приходил палач. Ведь он до сих пор с восторгом рассказывал мне об этом.
Но больше всего меня радовало то, что Таддеус не поленился выучить язык жестов! Значит, Элиас тоже был для него важен, и он хотел общаться с ним и дальше…
— Ты?! — выдыхаю я в ужасе, глядя на настоящую Даниэлу, застывшую на пороге моего дома.
— Мне некуда больше идти, — признается девушка и смотрит на меня так, что у меня от жалости сжимается сердце. — Этот ублюдок меня выгнал!
Но мне не нужно ничего объяснять, я это и так предвидела.
— Думаю, ты еще легко отделалась. Меня он хотел забить кнутом до полусмерти, но ты же мне не поверила! — Я пропускаю Даниэлу в дом, невольно замечаю её плачевный вид и понимаю, что ей сейчас очень плохо… — Даниэла, сейчас я отведу тебя в гостевую комнату, там ты сможешь отдохнуть и привести себя в порядок.
Девушка молча мне кивает, и мы подымаемся с ней на второй этаж. Но не успеваю я сделать и нескольких шагов, как до меня долетает голос Таддеуса:
— Дорогая, это за мной?
— Нет, это… торговка, она принесла мне зелень, — кричу я ему в ответ, а у самой пальцы холодеют от страха.
— Торговка?! — Даниэла смотрит на меня с таким возмущением, будто я её только что оскорбила.
— А что я, по-твоему, должна была сказать мужу? Правду?!
Меня поражает то, что в таком состоянии она еще способна выказывать мне свое недовольство.
— И с каким мужем ты сейчас разговаривала, — ехидно замечает вдруг она. — Тот, который палач, или который король Итеи?
Мне сразу же захотелось вышвырнуть её обратно за порог, но я не могла себе этого позволить. Особенно сейчас, когда в доме находился Таддеус.