— К тому же, я перевидал немало женских прелестей, и меня трудно этим удивить.
— От этих улиток есть какой-нибудь толк, кроме того, что меня от них сильно мутит? — интересуюсь я лишь для того, чтобы скрыть свое смущение."
"— Конечно. Еще совсем недавно твои царапины кровоточили, а синяки были намного ярче. А сейчас… сама можешь посмотреть.
— Отвернитесь, тогда и посмотрю!
В глазах Чудовища вспыхивают насмешливые искры.
— Даниэла, вообще-то, я твой муж… И еще одно… можешь называть меня на «ты», по той же самой причине.
Несмотря на свои веские аргументы, он все-таки отворачивается. Я же смотрю себе на грудь и понимаю, что он совершенно прав. Ссадины и синяки выглядят уже так, будто весь этот кошмар со мной случился как минимум дня два назад.
Но кроме этого я обнаруживаю на своих руках следы от зубов…
Выходит, что от своего бессилия и невозможности заполучить мое тело эти звери меня кусали! И была б их воля они растерзали меня как бешенные псы!!
Словно почувствовав моё состояние, Чудовище вдруг тихо произносит:
— Даниэла, я очень сожалею о том, что тебе пришлось пройти через это.
Не нужна мне его забота! Оставил бы лучше меня в покое, и не заставлял делать то, что мне не под силу!
— Где мое ужасное платье? Я хочу привести себя в порядок.
Я с надеждой посмотрела на Чудовище.
Конечно, я бы не отказалась сейчас от горячей ванны. Но где её взять в этом забытом богом месте?!
Мне мучительно сильно хотелось смыть с себя всю мнимую и не мнимую грязь, которая осталась на мне после мужских лап. А ещё эти противные улитки! Я прямо ощущала, как их лечебная, но такая отвратная слизь высыхала сейчас на моей коже…
После горячей воды и удивительно пахучего мыла я почувствовала себя будто обновлённой.
— Намажешь ей свои синяки и ранки. Должно помочь.
Я подозрительно смотрю на баночку.
— Надеюсь, в ней нет слизняков или какой другой мерзости…
— Нет.