Хозяин Стужи

— Ну раз настаивает, поехали, — я усмехнулся, — надеюсь, у вас найдется место во внедорожнике, или мне такси вызвать?

— Найдется, — полицейский улыбнулся, а через несколько минут мы уже катились в сторону их отдела.

* * *Москва. Особняк барона Островского.

— Ну что, дочка, половину дела ты всё же сделала, — барон довольно улыбнулся, — теперь Алмазовым долго не будет дороги в столицу, а после того как сопляк поднял на тебя руку, ни один благородный не захочет находиться рядом с ним.

— Отец, а разве ты не хотел, чтобы Михаил стал моим мужем? — Катя мысленно поморщилась, вспоминая Алмазова.

— Ну, когда-то, может, и хотел, — Островский пожал плечами, — но теперь я и так получил то, что мне надо. В качестве виры Алмазов старший уже выплатил нашему роду десять миллионов, а что до твоего будущего мужа, мы найдем тебе вариант получше, — мужчина ухмыльнулся, — кстати, тебе удалось втереться в доверие к Бестужеву?

— Он мне не звонил, — Катя отрицательно покачала головой, — и знаешь, отец, мне кажется, Алексея лучше оставить в покое.

Он сильно изменился после того удара по голове, словно до этого был один человек, а теперь совсем другой. Не знаю, как такое возможно, но я собственными глазами видела, как он Мишу положил, там не было никакой жалости, отец, я уверена, если бы Бестужев хотел, Алмазов был бы мертв.

— Бред, — фыркнул барон, — нет, бывает, конечно, что люди меняются, но он всего лишь сопляк.

А то, что он Мишу твоего уронил, так тут ничего удивительного. Алмазов слишком сильно в себя верил, вот и получил по заслугам, — Островский усмехнулся, — поэтому слушай мой приказ, дочка, окрути этого Бестужева, сделай его своей собачкой. Если с Алмазовым получилось, то с этим беспутным получится еще быстрее. И аккуратно разузнай у него, что он знает насчет своего наследства. Ты меня поняла?

— Поняла, отец, — девушка кивнула.

— Ну раз поняла, то иди, — барон отмахнулся, — мне еще работать и работать.

Когда дверь за дочкой закрылась, Григорий Островский убрал довольную улыбку с лица и тяжело вздохнул. При ней он старался казаться успешным дельцом, но ситуация была совсем не такой радостной, как думали все вокруг. После его ошибки с царевыми слугами князь всё замял, но при этом выставил такой ценник, что барону пришлось продать кое-что из своего тайного имущества, чтобы рассчитаться с ним.