Да, по сути, он вел переговоры со своими врагами, но это не означало, что он не мог их уважать или должен был вести себя подобно животному. - И с нетерпением жду, что вы укажите мне путь к Скале Предков.
Леди Розалия повернулась к своему тюльпановому рыцарю и тот незамедлительно сделал шаг вперед.
- Разумеется, славный генерал, - произнес он, протягивая руку, но так и не рискуя закончить жест доброй воли. Он неловко спрятал ладонь в складках ладони и продолжил. - Но сейчас ночь и мы не сможем найти тропу цветов, которая отвела бы вас в нужное место.
- Что же, - кивнул Хаджар. - тогда я пережду ночь здесь, а на утро мы снова встретимся.
- Чтобы прославленный генерал, избавивший нас от болотной твари, провел ночь на холоде и под открытым небом?! - возмутилась леди Розалия. - Что после этого скажут о цветочном народе? Какие слухи разнесутся по странам о нашем гостеприимстве? Нет, славный генерал, будьте гостем в нашем доме. Мы приглашаем вас войти внутрь равным с нами до тех пор, пока ваши стопы не отправят вас дальше по пути к Горе.
Хаджар замешкался. Он и без рассказов Хельмера знал о двуличности и лживости созданий, которые, по законам Небес и Земли, не могли врать. Фейри и духи всегда говорили правду. И именно поэтому они являлись лучшими обманщиками Безымянного Мира.
Войти в их дом равными с ним - с одной стороны приглашение звучало безопасно и обнадеживающе, но как раз в этом и таилась опасность.
- Откройте ворота! - прогремел приказ сэра Аравендира.
Зажглись сигнальные башни, освещая ночь танцующими языками волшебного пламени.
"Дома цветочному народу заменяли холмы, вместо дорог - травяные тропы и луга. Воду они брали не в колодцах, а в странных, высоких цветах, собиравших утреннюю росу. Их наряды походили на бутоны цветов, а запахи в воздухе убаюкивали сознание.
- “Не спеши”, - произнес Хельмер. - “Видишь границу?”.
Хаджар посмотрел туда, где только что находились ворота, а теперь поднимался портал внутри разрыва единого массива живой изгороди. И действительно - свет, льющийся изнутри деревни, четко ограничивался концом владений цветочного народа.
Дальше - тьма и ночь.
- “Они не видят меня, но чувствуют неладное,”- демон звучал немного обеспокоенно.