Глядя, как он ее обнимал – испытывал лютую потребность оторвать ему руку.
Я хреновый брат. Просто самый наихреновейший брателло на свете. Потому что их счастье меня не радовало. Я ревновал. Давился этой идиотской ревностью и злостью на весь мир.
Когда я умудрился так сильно подсесть на Верочку? Всего-то ничего знакомы, а дышать не получается.
Перед глазами тот момент в парке, когда я разворачиваюсь, чтобы напугать пятую претендентку, а там снова она с веником крапивы в руках. Наверное, тогда это и произошло, я просто в шоке был и ни черта не понял.
Вокруг девок навалом, почему именно она? Объясните мне кто-нибудь. Потому что я ни черта не понимаю. Что это за прикол такой идиотский у Вселенной.
Все, нахрен. Больше с ними не общаюсь. Пусть варятся в своем счастье, а я как-нибудь один, сам.
Тут же вспоминаю, что Верка у меня работает, и со всей дури хлопаю по рулю. Потом еще раз. Резко выворачиваю на обочину, паруюсь и что есть мочи колочу по баранке.
– Бесит! – рычу от бессилия.
Утыкаюсь в сложенные руки и лежу, наверное, полчаса. Не меньше. Пытаюсь отойти, собрать себя в одну более-менее дееспособную кучу. Не выходит, конечно, ни черта. В голове на репите видео, как Мет целует Веру в щеку, и как трогательно она краснеет в ответ. В ушах винегрет из обрывков фраз: любовь, белое платье, беременность.
Снова бью по рулю.
– Блядь, да когда ж меня отпустит-то?
Порывисто завожу тачку и, едва не спалив шины, срываюсь с места.
Надо что-то делать. Найти замену, какое угодно занятие, чтобы переключиться.
– Здорово, Крапива, – он что-то жрет.
Сил на долгую прелюдию нет:
– Помощь нужна.
– Чего надо? – он перестает чавкать."
"– Напиться и забыться. Хреново мне.
– Выдвигаюсь на наше место. Диману звонил?
– Сейчас наберу, – отбиваю звонок и тыкаю другой номер.
Второй приятель отвечает с задержкой, но едва услышав мой истеричный голос, тоже соглашается приехать.
Дружеская поддержка, это то, что мне сейчас необходимо.
А вечером, когда я приползаю домой пьяный и разбитый, как старое корыто в сказке про Золоту рыбку, и иду в ванную, мне звонит Матвей.
Я долго смотрю на его улыбающуюся морду во весь экран и не знаю, что делать. Послать хочется далеко и надолго, но он не виноват в том, что я идиот, запавший на его невесту. Никто не виноват. Только я.
– Да? – выдаю через силу.
– Ты там как? – он отвратительно бодрый, в то время как на мне места живого нет.