Это было беспроигрышное решение. Так я бы смог выполнить наконец обещание, данное Ксюше — организовать для нее встречу с Громовым для передачи сэндвича, и заставить Черепа вести себя хорошо в течение всей недели. Но не все так просто — мне придется следить за тем, чтобы мои друзья не наделали херни при Ксюше и не напугали ее до смерти.
Бля, сколько же всего мне пришлось сделать для этих придурков…
Все тягостные мысли покинули меня, когда я припарковался у своего дома и увидел чужую машину у гаража. Бросив свою тачку прямо на территории, потому что не смог загнать ее в гараж из-за одного нежданного гостя, я направился прямиком к нему навстречу.
Нехорошее предчувствие скрутило меня изнутри. Я стиснул челюсти и яростно распахнул входную дверь, зная что она была незаперта.
— Какого хрена? — прорычал я, увидев мужчину, удобно расположившегося на диване с чашкой чая в руках.
— Добрый вечер, Леша, — проговорил отец, не отрывая глаз от игры по телевизору. — Где ты был?
Я ничего не ответил и направился в сторону своей спальни.
— Ты был со своей девушкой?
Я резко обернулся, страх сковал меня изнутри. Глаза отца, которыми он пронзал меня, были холодными и расчетливыми.
Откуда он знал? Откуда, блять, он узнал о Ксюше?!
Мои руки невольно сжались в кулаки.
Конечно, он знал. Не было ничего, чего бы старик не упустил, чего бы он не знал. Даже если он находился за много километров отсюда, у него все равно были глаза и уши в этом чертовом городе.
— Как же ее зовут? — он постучал пальцем по виску, изображая задумчивость, прежде чем ответил сам себе. — О, точно — Ксюша. Соколова Ксения.
— Чего ты хочешь?
Отец выдержал мой тяжелый взгляд, а затем сказал:
— Хочу познакомиться с ней.
Мышцы напряглись так сильно, что принесли мне боль.
Блять, блять, блять!!!
Именно этого я и боялся.
— Нет, — выдавил я из себя.
Старик поднял чай и сделал большой глоток, прежде чем сказать:
— Я хочу увидеть, что это за девушка.
— Нет.
— Хочу узнать, действительно ли ты ей нравишься.
— Нет.
— Хочу понять, настоящие ли между вами отношения, — продолжил он, не обращая внимания на пылающую ярость на моем лице. — Я хочу узнать девушку своего сына.
— Нет, ты с ней не встретишься, — бескомпромиссно отрезал я.
Отец стиснул зубы, отчего проступили несвойственные его лицу углы челюсти. Это говорило лишь об одном — он начал терять маску спокойствия.
Отлично.