Она пыталась взять себя в руки, судя по тому, как глубоко она дышала, но было ясно, что это не помогало. Чертовы слезы вновь наполнили ее глаза.
Когда я подошел за ней к аудитории и понял, что ее там нет, я попытался дозвониться до нее. Но ее сумка вместе с телефоном были за партой. Таня сказала мне, куда она ушла, пока Ульяна смотрела на меня с испуганным выражением лица. Но с того момента прошло уже больше часа, началась другая пара, а она до сих пор так и не вернулась.
У меня возникло дурное предчувствие и я немедленно отправился на ее поиски.
Я направился туда, куда, по словам Градовой, ушла Ксюша, и увидел ее, шагающей мне навстречу. Мои шаги ускорились, внутри вспыхнула злоба.
Какого черта она там делала?
Но как только я присмотрелся к ее лицу и понял, что Ксюша плакала, я едва не сошел с ума.
Кто бы не довел ее до слез — я собирался заставить его об этом пожалеть.
Кто ее обидел? Кто сделал это с ней?
И вдруг я понял.
Я знал, какой ублюдок это сделал.
Я напрягся всем телом, когда спросил:
— Это был Влад?
Ее заплаканные глаза слегка расширились и она поджала губы.
Твою мать. Это был он.
Сука!
— Что он тебе сказал?
Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Она попыталась убрать мои руки от своего лица, но я не позволил ей этого сделать.
— Что, Ксюша?!
— Ничего.
Блять… Она защищала этого урода!
— Ксюша…
— Ничего такого, чего бы я не знала! — сокрушенно выпалила она.
Ее ответ пронзил меня, как лезвие ножа.
Мое тело напряглось, страх сковал внутренности.
Она вела себя странно и… отстраненно.
Я протянул руки и обхватил ее талию, притянув ее напряженное тело к своему. Обняв Ксюшу, я крепко прижал ее к себе и увидев слезы, бегущие по ее щекам, крепко зажмурил глаза.
Не осознавая того, я не дышал до той поры, пока Ксюша не прижалась к моей груди, уронив книгу и вцепившись обеими руками в мои плечи.
Каждый раз, когда у нее перехватывало дыхание и вздрагивало тело, мое сердце обливалось кровью.
Абсолютно каждый раз…
*****
Стиснув зубы до скрежета, я вел машину. Я был так зол, что едва не дрожал от желания врезать кому-нибудь.
И я знал, кому я врежу.
Владу.