— Уля, я чувствую себя красивой.
— Ты и есть красивая. Я просто подшучивала над тобой, когда говорила, что ты не такая, — Ульяна обняла меня со спины и мы обе уставились на мое отражение в зеркале. — Знаешь, — продолжила она, — я чувствую волнение за тебя даже тогда, когда не должна.
— Почему? — я взглянула на нее, подняв свои уложенные брови.
— Ты же вернешься живой с этого свидания?
Я хотела ударить ее за испорченный настрой, но вместо этого опустила глаза.
— Спасибо за веру в лучшее, Уля.
— На всякий случай, оставь родителям прощальную записку.
— Я не расскажу тебе о нашем свидании, если ты продолжишь в том же духе, — предупредила я ее.
Она бросила на меня взгляд, полный насмешливого недоумения.
— Ты уверена, что останешься в живых, чтобы рассказать мне хоть что-нибудь?
— Всё, я тебе точно ничего не расскажу.
— Ладно, ладно, — она тихонько рассмеялась. — Я замолкаю.
Дальше мы спорили о том, что мне надеть. Уля хотела, чтобы я надела наряды, которые заставили бы меня чересчур оголить декольте или выставить напоказ мою пятую точку.
Примерив выбранный наряд, я повернулась к зеркалу во весь рост и вздохнула, увидев себя.
Это была не я.
Я выглядела сексуально, как не выглядела никогда. Мне это нравилось.
Но это была не я.
Топ был потрясающим. Он был бежевого цвета и корсетного типа, с v-образным вырезом и ощутимым намеком на мою грудь, на чем ожесточенно настаивала Ульяна.
— Немного тесновато, — сказала я Ульяне, пытаясь подтянуть топ повыше.
— Прекрати, — она тут же шлепнула меня по рукам. — Это потому, что у тебя грудь больше моей. И попа тоже. Не надо ничего подтягивать.
Я тяжело вздохнула и оставила затею подтянуть топ, чтобы чуть больше скрыть оголенное декольте. А затем я попыталась пройтись на каблуках и, убедившись, что не упаду в них, я подошла к своей шкатулке с украшениями и открыла ее. Если я и не любила выставлять на показ свою фигуру и выделяться из толпы, то украшения я обожала.