— Я не хотел вас напугать.
— Н-нет, — заикаясь ответила я, чувствуя, как мое лицо залилось краской. — Это моя вина. Мне не следовало здесь сидеть.
Он спустился с последней ступеньки и посмотрел на меня. Застыв на месте, я могла только таращиться на ректора, как последняя идиотка.
Он действительно был красив и достаточно элегантен в своем костюме. Чем с легкостью сводил с ума.
— У вас все хорошо? — с любопытством спросил он.
Я уставилась в его голубые глаза, остолбенев от того, какими гипнотическими они казались, и выложила всю правду:
— Нет, — призналась я.
Он казался смущенным моим ответом и я тут же пожалела о своей откровенности. Но его лицо было слишком ослепительным, слишком открытым и дружелюбным. Знал ли он, что так влиял на людей?
— Могу ли я чем-нибудь вам помочь? — предложил он.
Я поморщилась, покачав головой.
— Нет, Леонид Арсеньевич. Это… личное.
Его взгляд стал оценивающим.
— Но вы будете, не так ли?
— Что я буду? — спросила я нахмурившись.
— Вы будете в порядке?
От доброты в его глазах мне снова захотелось разрыдаться.
— Да, конечно, — тихо ответила я.
Его лицо прояснилось и он снова одарил меня одной из своих ослепительных улыбок.
— Хорошо, — он похлопал меня по плечу. — Оставайтесь позитивной, Ксения. Пока что просто делайте то, что можете делать.
Он в последний раз похлопал меня по плечу, улыбнулся и ушел по своим делам. Я смотрела ему вслед, думая о том, какой он классный и как повезло нашему университету с таким ректором.
Но потом…
Я нахмурилась, когда до меня вдруг дошло.
Откуда он знал мое имя?
37.3. Повтор ошибки или…?
POV Леша"
"— Разве ты не должен быть сейчас в универе?
Я перевел взгляд на отца, который пришел в гостиную с тарелкой макарон в руках.
Мой взгляд вернулся к телевизору и я почувствовал, что папа сел рядом со мной.
— Ты приготовил на меня? — спросил я.
— С чего бы? Ты же обычно обедаешь с Ксюшей.
Я не ответил и вместо этого потянулся к непочатой банке пива на кофейном столике.
Но отец оттолкнул столик ногой, заставив меня нахмуриться.
— Наставление врача, — объяснил свое действие отец. — Больше не пить.
— Я все равно пил, — ответил я, насупившись. — И буду пить.
Он закатил глаза, похоже, забыв, что сам пил с шестнадцати лет.