Мы пошли в магазин, Ксюша все это время была у меня под боком, приобнимая меня за талию. Я купил ей мороженое и ее предвкушение заставило меня усмехнуться.
Затем мы пошли в парк, пока Ксюша беззаботно шла рядом, я глазами сканировал полумрак на предмет возможной опасности, но все было более чем безопасно.
Когда Ксюша захотела покачаться на качелях, я хотел было воспротивиться этой детской шалости, но все равно сделал это ради нее. И если бы кто-нибудь из моих друзей сейчас увидел нас, то я бы непременно столкнулся с позором и подколами до конца своих дней.
Сначала я помог Ксюше сесть на качели, а затем занял свое место рядом с ней.
Я напрягся, когда от моего движения качели пришли в движение, но мягкое тело Ксюши, прижавшееся к моему боку, и моя рука, обхватившая ее плечи, заставили меня немного расслабиться. От каждого движения качели раскачивались, и у меня начинало сводить живот. С детства ненавидел качели, но продолжал сидеть на них.
— Насчет того звонка… — заговорила она, нарушив тишину.
— Ксюш, не думай больше об этом, — я поцеловал ее в макушку и крепче обнял. — Просто заблокируй этот номер и все.
Она подняла голову.
— Хорошо.
Я забрал из ее рук палочку от мороженного и бросил ее в мусорную урну в нескольких метрах от себя. Ксюша явно впечатлилась моей меткостью. А затем она при мне заблокировала контакт этого ублюдка.
После Ксюша одарила меня еще одной улыбкой, от которой в груди жалобно заныло.
Ксюша прижалась щекой к моей груди и сдвинулась с места, отчего качели затрещали.
Когда раздался звонок на мой телефон, я раздраженно закатил глаза, от того как нелепо был испорчен романтичный момент. Свободной рукой я вытащил телефон из кармана джинсов и взглянул на дисплей, прежде чем ответить.
— Да?
— Лех, у тебя все в порядке? — спросил у меня Даня.
Я протяжно вздохнул и остатки гнева во мне улеглись.
— Да.
— Ты все еще с ней?
— Да.
— С ней все в порядке?
— Кажется, да, — я увидел, как Ксюша зевнула, и решил, что пора возвращаться. — Я позвоню тебе позже. Ксюша вымоталась.
— Вымоталась? — Громов усмехнулся на другом конце линии. — Ты ее что, все-таки трахнул?
Я ничего не ответил и повесил трубку.
Ксюша снова зевнула и я провел рукой по ее спине.
— Пора возвращаться. Ты устала.
— Хорошо, — пробормотала она, уставшая и опустошенная.