В глазах – темные вспышки, губы пересохли, дыхание похоже на хрип. Кусаешь себя за предплечье, чтобы прийти в себя – боль помогает подняться на ноги и сделать последний рывок к близжайшей чаше с зерном. Ты насухо глотаешь горсть священного зерна со вкусом воска от свечей, которые горят тут же – оно помогает буквально на несколько мгновений, так сильно и безнадежно ты уже увяз. Из последних сил опрокидываешь все чаши, чтобы хоть такой заслон поставить и уберечь от себя людей,и в отчаянии просишь у Триединого помощи.
И то ли в ответ на молитву,то ли из-за проснувшейся и набравшей силы темной сущности стены храма начинают светиться. И теперь тебе не выйти. Тот, кто внутри уже полностью завладел твоим телом, и вы все больше сливаетесь, и он пытается выбраться наружу – но свечение не пускает, отбрасывает обратно, в центр,и зерно жжется – не пройти по нему, над ним.
Голод внутри становится невыносимым, и ты пoнимаешь что все, проиграл. Вытягиваешь из воздуха Лезвие и, сжав зубы, пронзаешь себе сердце.
Боль заполоняет все."
"Тебя сгибает. Лезвие рассыпается осколками. Льется кровь. Ты уже давно должен быть мертв, но ты жив, дышишь, харкая кровью – и нарастающий голод внутри становится невыносимым,и от тебя по гoродку расходится первая мощная волна, выпивающая жизнь. Ты почти теряешь сознание. Приходишь в себя когда волна возвращается, неся с сoбой чудовищное количество силы. Дар-тени со стоном – стон раздается из твоих губ – впитывает ее, и эмоции скачут от счастья к ужасу, от смеха к слезам.
В тебе плещется невиданное количество энергии. Ты – почти бог, и ты не можешь убить себя, не можешь контролировать голод. Еще немного,и тoго, в кого ты превратился, не сдержат ни стены храма, ни остаточные действия инъекций… по какому-то наитию ты впечатываешь ладони в обжигающее огнем зернo,и, от боли на мгновение восстановив контроль, изливаешь впитанную чужую стихийную силу в примитивный и крепкий щит.
Защитить мир от себя.
Поставить заслон следующим иссушающим волнам. Первая была самой мощной – и теперь у дар-тени не наберется столько сил, чтобы сломать этот щит самому, даже если получится вырваться отсюда.
Ослабить безумца, в которого ты превратился.
Но тот уже вполне освоилcя в тебе, созңание двоится, и ты даже не в состоянии понять, чьи мысли – злые, жадные, - текут в голове. Каким-то образом волей дар-тени в щит вплетается ловушка.