Но стоит мне сделать неверный шаг – и он задушит меня в объятиях…
Господи, о чём я вообще думаю?
Мы с ним знакомы всего ничего!"
"Вчера я даже мысли не допускала об изменах, но вскоре утонула в предательстве сама. Причём, целовалась я с Исаевым ещё до того, как увидела мужа в постели с любовницей. И, черт возьми, мне понравилось! Я даже на какой-то миг утратила самообладание и рассудок. Даже кабинка поплыла. Прижатая горячим телом к зеркалу, я предательски плавилась и растекалась, словно зефиринка на солнце.
Так. Стоп! Хватит, Маша. Пора начинать приводить себя в порядок. Чего доброго, ворвётся в спальню голодным и если не сожрет, так снова понадкусывает…
Высушив тело полотенцем, я надеваю купленное для меня бельё. Оно практичное. Из хлопка. Но дорогое. Топ и трусики на широкой резинке известного итальянского бренда. На этот раз никакого кружева, ремешков и десятка застёжек.
Внезапно закрадывается мысль, что тот, который Исаев, очень наблюдательный тип! Настолько наблюдательный, что использует слишком правильные уловки, чтобы мне угодить. Или же подкупить. Что-то одно из двух.
Но как бы там ни было, внимание мужчины – это всегда приятный бонус в любых отношениях.
Запрыгиваю в джинсы из невероятно мягкого трикотажа темно-синего цвета. По фигуре ложатся идеально. Удивляться тут нечему. Вес, рост, размер… – все данные объективного осмотра указаны в моей медицинской карточке.
Следом натягиваю на тело тёплый шерстяной свитер молочного оттенка. Поражаюсь тому, что он совсем не колется и не раздражает кожу. Пушистый и чересчур тёплый, с оригинальной вязкой. Наверное, из какой-нибудь модной зимней коллекции, потому что таких качественных вещей в магазинах для среднестатистического покупателя просто не встретишь. Это не свитер, это просто сказка.
Обуваюсь. Расчёской Руслана привожу волосы в порядок.
С хозяином дома сталкиваюсь в холле спустя пару минут.
– Здравствуй, – первой прерываю слегка затянувшееся молчание, наблюдая за тем, как Исаев ощупывает мою фигуру оценивающим взглядом.
Глава 21
Вынужденная мера
Маша
– Здравствуй, – первой прерываю слегка затянувшееся молчание, наблюдая за тем, как Исаев ощупывает мою фигуру оценивающим взглядом.