Интересно, почему? Анти уже выглядела нормально, уже нацепила привычную маску… А ну, да. «Вы все го… в смысле, пыль». Ну, так тут у каждого второго такая. Может всех Кинара напрягает? Так она идет спокойно, на лице вообще ничего нет. Ну, немножко взгляд острый, так интересно же даме, только и всего.
Какая-то девчонка впереди буквально задергала подругу, когда они проходили мимо центральной аллеи парка, разбитого перед зданием Магического Корпуса. Девушка тыкала в сторону здоровой фигни, в виде полусферы, переливающейся синими оттенками, которая стояла посередине парка.
– Это уникальная конструкция была разработана специально для последнего меллирона, Леса Эло-Ёль, – прокомментировала картинку женщина, которая вела их.
Представилась она Сидзуной Марикавой, воспитателем. Интересно, кого тут можно воспитать? Аринэль посмотрел по сторонам. Повсюду крайне уверенные в себе рожи… и личики девушек. На грудях (или грудинах?)… в общем, на передней плите почти у всех логотипы.
(Можно подумать, сейчас вокруг Аринэля одни умудренные опытом старцы)
Аморфной толпой, как стадо бабуинов, они обогнули слегка вогнутое здание, собственно, Магического Корпуса. Воспитатель что-то рассказывала девушкам, которые ее натурально окружили. Кстати, дама, в смысле воспитатель, просто нет слов. Вполне может соревноваться размерами с орчанками.
– Интересно? – отвлекла Аринэля Саманта, шедшая рядом.
– Что интересно? – не понял Ари.
– Ну, что рассказывает эта дойная… эта воспитательница? – ровным голосом уточнила Анти.
Аринэль посмотрел на сестренку недоуменным взглядом. Что-то, мон шер, изменилось…
– Вообще ее не слушал, – ответил парень. – Я все думаю, что тот придурок, он же не отстанет.
Саманта перевела на брата подозрительный, очень подозрительный взгляд.
– Странно, – произнесла она, наконец.
– В смысле? – прикинулся шлангом Аринэль.
– Ты точно Аринэль Тайфол? – уточнила девушка. – Мой брат никогда бы не пропустил такой… объект для изучения.
– Сестра моя, ты заблуждаешься, – Ари сохранял на лице покерфейс. – Как можно пялиться на женщин? Это же плохой тон.
– Вот, правильно, – удовлетворенно кивнула Саманта. – На других нельзя.