– А я-то думал мне умненькая девочка досталась, оказывается, ошибся, – усмехается Новиков. И только сейчас я замечаю, куда направлен его взгляд. Хочу оглянуться, но не делаю этого, иначе выдам себя и ту сцену, которую устроил Никита. Ведь позади стоит Иванов, и он явно стал свидетелем этого безумного поцелуя.
В голове подобно скоростной карусели бегают мысли. Они мешаются: правильные и разумные отходят, их вытесняют безрассудные, безумные. Это глаза Ника виноваты, которые продолжают с жаром разглядывать меня. Я вновь вспоминаю унизительную сцену в туалете, и ноги сами поддаются навстречу Новикову.
Дотрагиваюсь до краев парки Новикова, и резко тяну к себе. Ниши губы вновь сближаются, только теперь наседаю я. Скольжу языком по его языку, двигаюсь вперед, не стесняюсь едва слышного стона, который вырывается неосознанно.
Нужно думать. Не теряй рассудок.
Однако это так сложно рядом с ним сложно.
– Продолжаешь мстить, Снежинка? Становишься дрянью? – говорит немного высокомерно, не выпуская меня из крепких объятий.
– Ты говорил, что подвезешь. Поехали?
– Ну, поехали, – в его голосе присутствует игривость. Ник отпускает меня, направляясь к машине. А мне хочется вернуться на пару секунд назад. Быть в его объятиях приятно, пусть и неправдоподобно. У наших ненормальных отношений нет будущего. Лишь дурацкая месть, которой я прикрываю причины своих непонятных поступков.
Новиков не открывает дверь, в нем нет зачатков джентльмена. Он жмет по газам, намекая, что не готов долго ждать. Я потираю влажные ладони о прохладную куртку, и наконец, подхожу к его спорткару. Сажусь внутрь, закрываю за собой дверцу. Очередной поступок, о котором наверняка пожалею.
Никита кладет руку на коробку передач, в салоне играет приглушенно иностранный трек: лирический, медленный, заставляющий мечтать о прекрасном.