Конверт был небольшим и тонким. Неподписанным и незапечатанным. И она с легкостью его открыла, подцепив пальцем ничем не закрепленный клапан.
Внутри оказался один-единственный листок. Ди потянула его наружу. Это оказался даже не полноценный лист — половина стандартного, размером с классическую поздравительную открытку.
Мелкий аккуратный почерк:
«Доброе утро, леди Делавер. Приношу свои извинения за беспокойство, но дело не терпит отлагательств. Прошу вас, настолько скоро, насколько это возможно, присоединиться ко мне, чтобы посетить деревню.
Марко»."
"Он уже писал ей однажды — в первый день, когда она увидела его в Сливде. И да, почерк, определенно, принадлежал одному и тому же человеку. Но тогда послание было написано наскоро и... беспечно? Это же письмо можно было смело выставлять на конкурс по каллиграфии.
Диана тяжело сглотнула…
— Ну, что там?!
...и едва снова не вздрогнула, когда рядом нетерпеливо гаркнула тетка.
«Что там? Что там? Что там?» — также читалось жадное во взгляде кузена.
Но его Ди, естественно, проигнорировала. Отложила пустой конверт в сторону и протянула старухе записку.
Та тут же выхватила листок из ее пальцев резким собственническим жестом.
— От Марко, — сделала вывод, едва взглянула. И лишь затем забегала глазами по строкам.
— Полагаю, я... — начала было Диана, убирая салфетку со своих коленей. Но не успела не то что встать и покинуть обеденный зал, но и банально договорить.
— Подождет, — властно перебила леди Гарье, пристроив больше не нужный листок возле своего блюдца. — Если бы что-то было настолько срочным, он бы не писал, а бежал сюда со всех ног.
— Нет, вы только посмотрите, каков наглец! — в свою очередь возмутился Себастиан. — Знает, что господа завтракают, а лезет. Тетушка, — он театрально прижал ладонь к груди, — я по-прежнему считаю, что вы даете этому рабу слишком много свободы. Его наглость уже не знает никаких границ.
— Тебя не спросили, — прошептала Диана, скомкав в кулак так и оставшуюся на ее коленях салфетку.
А леди Гарье тем временем перевела недовольный взгляд на племянника.
— Марко хотя бы знает свое место, — отрезала с воистину королевским апломбом.
«В отличие от тебя», — произнесено не было, но весьма прозрачно подразумевалось.
— Но тетушка! — взвился Себастиан.
— А ну, цыц! — шикнула на него старуха, и тот, ясное дело, сразу заткнулся и втянул голову в плечи.