– Канадские гуси смертоноснее гадюк?
– Ты когда-нибудь пробовала кормить этих маленьких поганцев? – Он пытался говорить серьезно, но у него ничего не получалось. – Они жуть какие злые. Если бросить тебя гадюкам, ты умрешь быстро. Но гуси? Это может затянуться на несколько дней. Гораздо мучительнее.
– Здорово! Прямо не знаю, что мне делать – удивляться или дрожать от страха, слушая тебя.
– Просто пытаюсь предложить творческий подход к тому, как постоять за свою честь, вот и все.
– Ты никогда не производил на меня впечатления творческой личности, Мейс.
Мы стояли рядом с нашей классной комнатой. Выражение лица Мейсона было легкомысленное и шутливое, однако, когда он заговорил, в его голосе определенно зазвучали двусмысленные нотки.
– Роза, когда я рядом с тобой, во мне всегда пробуждается творческое начало.
Я все еще хихикала по поводу гадюк, но тут резко оборвала себя и удивленно посмотрела на него. Я всегда считала Мейсона симпатичным, но с этим серьезным, жаждущим выражением в глазах он впервые показался мне по-настоящему сексуальным.
– Ох, вы только гляньте! – смеялся он, застав меня врасплох. – Роза, потерявшая дар речи. Эшфорд – Хэзевей, один-ноль.
– Эй, я просто не хочу, чтобы ты начал лить слезы еще до поездки. Это не забавно – если я сломаю тебя до того, как мы окажемся на лыжной трассе.
Он засмеялся, и мы вошли в класс. Начался урок теории, посвященный работе телохранителя, и проходил он в обычном классе, а не на учебном плацу.
Один из гостей оказался очень высоким и выглядел лет на сто, но, похоже, все еще мог постоять и за себя, и за других. Второй был примерно возраста Дмитрия, с очень темной кожей и так прекрасно сложен, что некоторые девушки в классе, похоже, готовы были потерять голову.
Только это была не Тамара.