Словно в качестве издевательства мысли золотым светом озарил очередной знак. Новый. Я такого еще не знаю.
Ненавижу это все!!!
Хотелось все-таки добраться до кухни и мстительно съесть им полхолодильника, но побежала я в комнату. Туда хоть известна дорога.
Напоследок еще услышала срывающийся голос матери короля:
— Жажда власти ослепила тебя…
А меня слепили слезы, льющиеся из глаз. Справедливо будет им тут что-нибудь случайно сжечь! Но, столкнувшись со слугой, я передумала и резко шарахнулась в сторону. Поранить невиновного не хотелось.
Дэн прав, я реагирую не как нормальная девушка.
Удивительно, но даже в состоянии истерики я безошибочно нашла обратную дорогу. Это я поняла по голосу Шантии:
— Лэли? Ты что, плачешь?!
Дворец, а побыть наедине с собой ни секунды нельзя. И в то же время, когда надо, никого под рукой нет.
— Эй, не молчи! — Я рассказывала Шантии о свойстве моих слез, но сейчас она не испугалась вцепиться в меня. — Тебя опять пытались убить?
Хлюп.
— Не-е-ет…
— Тогда что?
— Хуже!
Хлюп.
— У меня не такая богатая фантазия, — начала злиться Шантия. — Объясни нормально!
Дрожь, прерывистое дыхание и иногда стучащие зубы мало способствовали конструктивному диалогу. Но я все же попыталась:
— Я пошла что-нибудь съесть… Но заблудилась. И нечаянно наткнулась на Дэна с Норин… Они разговаривали… Обо мне… — Как я ни старалась дышать и говорить медленно, рыдания снова прорвались. — Он меня не любит, а она вообще против нашего брака!
— Ей что за дело? — удивилась Шантия.
— Он — ее сын!
Пауза получилась настолько насыщенная эмоциями, что к ее концу я почти успокоилась.
— Я всегда говорила о вреде ночных перекусов. — Шантия втолкнула меня в комнату. — Вот не пошла бы ты никуда, не было бы сейчас этих слез.
Сложно с ней спорить."
"Мы устроились на полу у кровати. Шантия обняла меня и гладила по волосам. От этого ни капли не становилось легче, но попросить ее уйти не хотелось. Мне нужно разложить все по полочкам. А для этого пусть лучше она с ее вопросами будет рядом, иначе есть большой риск, что я опять начну убегать от реальности.
— Надеяться, что у нее три сына, глупо, так?
Об этом я себя уже спрашивала. И пришла к вполне определенному ответу.
По правде сказать, очень может быть, что я к нему пришла еще раньше, но как страус спрятала голову в песок.
— Он — король, — сказала четко, изо всех сил игнорируя треклятую иглу, снова прошившую меня насквозь.
Блин.
Ни одна бабочка так долго не протянет.