Селена сделала вид, что не заметила его тона:
— Тебе известно, как долго я ждала приглашения от герцогини Шепфорд на один из ее вечеров, а этот бал обещает быть одним из самых грандиозных, на него ведь съедутся все сливки общества!
— Ну и что?
Селена мысленно сосчитала до пяти.
— А то, что я просто умру от досады, если на него опоздаю.
— Ты слишком часто умираешь по пустякам, дорогая, — усмехнулся он. — Не следует принимать так близко к сердцу мирскую суету.
— Значит, я должна стать равнодушной ко всему, как ты?
Селена готова была пожалеть о нечаянно вырвавшихся словах.
Николас пожал плечами:
, — Можешь считать меня оригиналом, чудаком, как тебе угодно, моя дорогая, но мне действительно на все и на всех наплевать.
И он в самом деле мог выказать пренебрежение, даже оскорбить любого, невзирая на титулы и положение. Он дружил с теми, кого общество и высший свет давно перестали считать своими. Он никогда ни перед кем не заискивал и оправдывал репутацию дерзкого, высокомерного гордеца. Но когда он брал на себя труд пустить в ход свое обаяние, редко кто мог устоять перед его чарами.
Каким-то чудом Селене удалось собрать остатки самообладания.
— Тем не менее, Ники, ты обещал сопровождать меня на бал к Шепфордам.
— Неужели?
— Да, — отрезала она. — А теперь пообещай, что завтра вечером заедешь за мной минута в минуту.
— Как же я могу обещать, дорогая? У меня нет дара предвидения. Вдруг меня завтра что-нибудь задержит?
Селена готова была визжать от злости. Что может его задержать, кроме собственного безразличия? Они оба это прекрасно знают, и нечего тут разыгрывать комедию. Она больше не намерена терпеть его пренебрежение к ее просьбам. Приняв такое решение, она сказала бесстрастным тоном:
— Хорошо, Ники, делай как знаешь.
— За такое короткое время? — язвительно поинтересовался он.
— А ты сомневаешься? — с вызовом бросила она. Николас лениво усмехнулся и окинул ее оценивающим взглядом:
— О нет.