Глаза все еще испуганные, побелевшие пальцы цепляются за решетку.
Откуда она вообще взялась?
Ответ стоит у нее за спиной. Артуха. Это как понимать?
Опускаю глаза ниже, его руки лежат на ее талии. Блядь, серьезно?
Спрыгиваю с возвышения, ко мне подбегает Маргарита.
— Демьян, у тебя лицо в крови, поехали обработаем. И ты помнишь, я обещала…
Не даю договорить, отодвигаю Ритку в сторону. Мне суют полотенце, вытираю лицо, и оно густо окрашивается алым. Нихера себе, вот же Семен сволочь…
— Не надо, Рит, иди, — бросаю полотенце в мусорку.
— Но, Демьян! — она восклицает изумленно, а я уже не слушаю. Иду как загипнотизированный, передо мной толпа расступается, делая коридор.
Подхожу к Заучке и чувствую прилив неконтролируемого возбуждения. После боя всегда так. Адреналин зашкаливает, хочется трахаться пиздец. И сегодня хочется именно ее, Ангелину. Так хочу что яйца болят.
Плевать что она девственница. Разберемся. И плевать, что я раньше хотел.
Меня кроет от одного ее взгляда. Как так можно блядь? Чтобы одновременно хотелось и засадить, и зацеловать? А перед этим отпиздить лучшего друга.
— Пойдем отсюда, — беру за руку и тяну к выходу.
— Демон, Демон, — орет возбужденная толпа. Ангелина в страхе жмется ко мне, и в паху болезненно простреливает.
— Демьян, у тебя кровь, надо в больницу, — говорит она дрожащим голосом и тянет к лицу руку.
Это пытка какая-то, а не Ангелина. Ангел…
— Идем, — говорю хмуро, — в машине аптечка. Дома сама меня полечишь.
— Нужно чтобы врач посмотрел, Демьян! Может швы надо наложить?
— Не надо, — веду ее за собой, — нельзя в больницу, Ангелина. Будут лишние вопросы, могут вызвать полицию. Они обязаны докладывать о таких травмах.
— Братуха, ты как? — нас догоняет Артур, и я опять же с трудом сдерживаюсь, чтобы не зарядить ему по яйцам.
— Зачем ты ее сюда привез? — спрашиваю хмуро.
— Я спросил, она захотела. А что? — друг смотрит с вызовом. — Ты же говорил, между вами ничего нет. Она просто твоя служанка. А мне она нравится.
— Не служанка, а помощница по дому, придурок.
— Да похуй, Демьян. Сам сказал, что не спишь с ней. Ну так уступи другим.
— Я тебе сейчас не дал по ебальнику только потому что ты мой друг, — говорю устало. — Садись в машину, Ангелина.