Заваливаюсь на заднее сиденье, но когда автомобиль отъезжает, не выдерживаю и оборачиваюсь. Демьян сидит на бордюре, накрыв руками голову и упираясь локтями в колени.
Глава 18
Демьян
Она все еще стоит у меня перед глазами в охуенном кружевном белье, мокрая и дрожащая. Вода стекает в волос на грудь, а я только и могу что смотреть, в бессилии сжимая кулаки.
Сижу на парапете и жду, пока яхта причалит к пристани. Там заметили мое отсутствие, кто-то видел, как я прыгнул в воду.
Чуть не умер, когда увидел Ангела. И ведь я правду ей сказал, я не собирался трахать Маргариту.
Странно, мне в тот момент секс был как раз не важен. Я хотел почувствовать ее тело в своих руках, заглянуть в ее бездонные глаза, взять в плен ее рот. Чтобы она ответила, чтобы не смотрела отрешенно как во время танца.
— Ты меня ждешь, Демон? — откуда-то взялась Ритка и забралась ко мне на колени.
Я повернул голову и увидел перед собой ее сиськи. И почти сразу закаменевшее лицо Ангела, которая стояла у ступенек и смотрела прямо мне в глаза.
Пока спихивал с себя Ритку, пока вскакивал с дивана, потерял время. Бегал по яхте, дергая каждую дверь и вламываясь в каждую каюту, потому что дверь каюты Ангелины оказалась запертой. В скважине торчал ключ, а внутри спал пьяный в хлам Артур.
Но Ангелины нигде не было. Я врубил прожектор и только тогда увидел на темной поверхности реки плывущую девчонку.
Сердце упало ниже ватерлинии, не долго думая прыгнул за ней следом.
Сейчас я не буду бить Артура, подожду, пока он протрезвеет. Но сам я хорошо понимаю, что его вины здесь меньше процента. Во всем виноват я сам.
Слова «Только я тебя еще больше ненавижу, чем люблю» догорают в груди обожженными обугленными головешками.
Она все-таки влюбилась в меня, а я так и не понял. Не заметил. Проебал.
Она решила, что я хотел подложить ее под Артура.
Я должен все исправить. Не знаю как, но она должна меня простить. Я хочу вернуть себе Ангела, потому что я тоже…
Встаю, отряхиваю джинсы и иду прочь от освещенной пристани, к которой причаливает яхта. Наплевать на все и на всех. Мне сейчас похуй на все кроме девчонки, которая призналась мне в любви, свернувшись клубком на парапете набережной и стуча зубами от холода.