Несколько раз прилетает даже здоровенный булыжник явно запущенный с какой-то метательной машины.
Ситуация меняется, когда я подхожу ближе, натягивая над бойцами телекинетический купол. Моя сила растёт, и обычные стрелы он вполне способен задержать, так что сапёры работают, как под зонтиком.
На булыжники меня уже не хватает, но это и не критично — такие объекты легко заметить и увернуться от них. Летят они редко и довольно медленно.
По итогу, единственное, что страдает, — это наша переправа. Но это не останавливает осаду.
Хоть из-за стен и отстреливаются, но делают это защитники без огонька, словно они механически продолжают подчиняться приказам, даже не имея желания действительно защитить свой полис.
Вслед за инженерами продвигается и сам таран, на строительство которого ушёл практически весь вечер и ещё половина ночи.
Укрывшись под деревянной крышей, солдаты без особых трудностей добираются до главных ворот.
Бам!
Таран глухо ударяет по ним.
Бам!
Ставни, обитые железом, начинают постепенно прогибаться внутрь.
Бам!
В теории я мог бы их вырвать с петель своей магией, но затраты энергии были бы колоссальными. К тому же последствия для моего организма заставили бы меня провести в лежачем положении не меньше суток. Не самый удачный момент чтобы отлёживаться.
Бам!
И вот, наконец, в воротах появляется обширная брешь, через которую с боевым кличем врываются фалангисты и валькирии.
Глава 14
Ворвавшись через главные ворота, мы оказываемся на небольшой площади, предназначенной, казалось бы, для того, чтобы задержать на ней атакующего противника и методично добить, обстреливая со всех сторон."
"Я ожидал увидеть здесь баррикаду или хотя бы какие-то следы обороны. По крайней мере, я бы на месте защитников Краснодара поступил бы именно так.
Однако, к нашему общему удивлению, мы не встречаем никакого сопротивления.
За воротами действительно видны какие-то нагромождения хлама, которые при некоторой фантазии и капле оптимизма, можно было бы принять за оборонительный рубеж.