Потом поливала из большого ковша чистой водой и, завернув в простыни, усаживала у горящего камина.
Мы выпили еще немного эля, и Ларина принялась нас одевать. Мне было смешно видеть себя в белоснежных панталонах до колен, и я даже закусила губу, чтобы не рассмеяться. За тонкой сорочкой последовало платье из мягкой шерсти лавандового цвета с изящной вышивкой на рукавах, а на талии Ларина застегнула тонкий поясок из серебряных колец.
По просьбе матери Риви надела платье из розового дамаста и каждой из нас служанка заплела волосы и уложила их под золотую сетку.
- Идите, мои голубки, а я буду молиться богам, чтобы вы нашли свое счастье.
Мы вышли в коридор и Риви зашептала:
- Я очень волнуюсь, Рианнон! У меня сердце выскакивает из груди!
- Я тоже волнуюсь, - шепнула я в ответ. – Но мы должны быть спокойными.
- Да, да… Нам нужно продержаться несколько дней, - сестра вцепилась мне в руку холодными пальчиками, и я подумала, что если не удастся сбежать отсюда, то мне придется выйти замуж за старого барона вместо Риви.
Когда мы оказались в конце коридора, стало слышно музыку, похожую на нечто из средневековья. Стоило нам ступить на лестницу, как я увидела и источник этой своеобразной мелодии. Чуть поодаль от столов, под щитом и скрещенными боевыми топорами, сидел «оркестр» из трех менестрелей: один музыкант играл на виоле, второй - на флейте, похожей на современный кларнет, а третий печально ударял в квадратный тамбурин, сделанный из кожи, натянутой на раму.
- Граф смотрит на нас! – выдохнула Риви и ее ноготки вонзились мне в ладонь. – Как же он хорош!
У меня все это мероприятие восторгов не вызывало, и мне было плевать, насколько хорош граф. Хотелось забиться в темный угол, а еще больше хотелось вернуться в свою съемную квартирку и пить чай из пакетиков.
Мы спустились вниз и, завидев нас, отец махнул рукой.
- Подойдите сюда.
Он сидел во главе стола, а возле него восседали прибывшие гости. Мой взгляд сразу упал на молодого мужчину, сидевшего слева от виконта.