- Хорошенько же вас прижало, милые… Ну, что ж, я не против. Вам скрыться нужно, а мне молодые руки не помешают!
Быстро же она нас раскусила…
Время до утра тянулось ужасно долго и, сидя на неудобном стуле, еще и после езды на лошади, я просто мечтала о мягкой кровати. Госпожа Розмари похрапывала на топчане, накрывшись плащом, а мы с Риви то засыпали, то просыпались, прислушиваясь к шуму дождя.
- Мы никогда ничего не делали по хозяйству, - грустно прошептала сестра, глядя на огонь. – Как мы станем помогать этой доброй женщине?
- Как-нибудь справимся, - спокойно ответила я и привела ей вполне разумный аргумент: - Если мы сейчас поедем дальше, то скоро у нас не останется сил.
- Ты права… - вздохнула Риви и невесело улыбнулась.
Мы захихикали, и тут же с топчана послышался скрипучий голос госпожи Розмари:
- А ну-ка спать! Сороки….
Как только за слюдяным окошком, забрезжил робкий рассвет, она громко зевнула и, потянувшись, села. Мы уже не спали, но сидели молча, чтобы не потревожить сон нашей «работодательницы».
- Готовы к новой жизни? – старушка выглядела бодрой, и ее хорошее настроение передалось и нам. – Сегодня у нас много работы. Я хочу перестирать все белье.
- Чудесно… - прошептала Риви, снимая плащ с крючка. – Теперь я прачка…
- Что ты говоришь, деточка? – госпожа Розмари посмотрела на нее и сестра, широко улыбнувшись, сказала:
- Я говорю, что после вчерашней скачки, болит все тело.
- Ничего, мы пойдем пешком, а вечером я дам вам чудесную мазь, которая снимает боль, - «успокоила» ее хозяйка таверны.
Мы вышли из хижины и, отвязав Мяту, пошли по узкой тропке, неся корзины, полные трав и корешков. Лес после дождя стоял свежий, будто умытый, и с листьев медленно падали холодные капли. Ночной дождь смыл с леса пыль, и каждая веточка сияла глянцевой чистотой, делая все вокруг ярким и сказочным. Нежный, знакомый аромат коснулся моих ноздрей и, пройдя несколько шагов, я увидела цветущую липу.