– Регенерация девичьей памяти – с забавной серьезностью комментирует моя ненаглядная красавица. – Тебе сколько сахара в кофе?
* * *Вот и снова дом Рыбаковых. Вся честная компания уже в сборе.
– Добрый день. – здороваюсь я с милицейским капитаном, распоряжающимся на месте преступления. – Майор Лукин. Контрразведка.
– О черт! Вот вас тут ещё не хватало – ругается милиционер. – Старший оперуполномоченный капитан Стельмах. Простите, майор. Не принимайте на свой счет. Здесь с утра столпотворение, не продохнуть. Наверху особо важный следователь из генпрокуратуры.
– Погоди, капитан, не части. Насчет столпотворения, это понятно. Тут ведь не канцелярию артели дворников бомбанули – квартиру одного из бывших руководителей внешней разведки. Улавливаешь суть?
– Ну ни хрена себе – сквозь зубы свистит мой собеседник. – Да, что и говорить, контингент в этом доме ещё тот. Хлопот не оберешься.
– Ладно. Опустим. Введи-ка меня по быстрому в курс дела.
– Хорошо. В общем так. Первый сигнал поступил в шесть двадцать от гражданина Сысуева В.П. Утром он пошел выводить собаку и обнаружил в будке караульного, заклеенного скотчем.
– Понятно. Когда здесь смена?
– В девять утра."
"– Угу. Охранник жив?
– Жив. На верху дает показания.
– Хорошо. Оружие, документы?
– Все на месте. Преступник ничего не тронул.
– Занятно. Преступник был один или группа?
– Пока не ясно. Дежурный сообщил, что где то между 23–40 и 24 на вахте погас свет.
– Не густо. Ну лампочку скорее всего разбили специально, чтобы вытащить бедолагу из будки. Он случайно не слышал выстрела?
– Нет. Почему вы решили, что был выстрел?
– На полу валяются осколки лампы с цоколем. Второй цоколь по прежнему в патроне. Одна лампочка разбилась при нападении на часового, которая до того. Есть три варианта подобного поведения лампы номер два.
– Логично. Но не пуль, ни камней мы не обнаружили.
– Хорошо искали? – строго спросил я.
– Спрашиваешь! Обрыли все!
Это хорошо. Вероятно, Стрельцов прибыл сюда ещё до прибытия опергруппы. И скорее всего, он просто знал, где и что искать.
– М-да.