— Но ведь Карфаген уже наверняка пробовал восставать. Я помню что-то такое, у них в своё время были серьёзные беспорядки.
Неожиданно для меня, ему принимается отвечать сидящий сзади Рэдди.
— В общей сложности, Карфаген поднимал мятеж одиннадцать раз. Только в этом столетии, они дважды пытались изменить положение вещей. И речь сейчас исключительно о масштабных событиях. Если говорить о мелких акциях и атаках на римскую полицию, это классическая игра городской молодёжи. Стычки происходят каждый месяц.
Высунув голову в проход, уроженец Британии продолжает.
— Но стоит отметить, что лишь два заговора были подготовлены на самом деле неплохо. Один из них, даже увенчался относительным успехом — карфагеняне захватили большую часть объектов периметра, что блокирует город и превратили их в основу внешнего рубежа обороны. Тогда на момент показалось, что они вот-вот добьются успеха.
Дредастый парень скептически поджимает губы.
— Но ведь они в конце концов проиграли?
Бывший слуга Веспасиана усмехается.
— Конечно проиграли, юноша. Никто из зарубежных игроков не захотел ссориться с Римом и оказываться восставшим помощь, а захваченного объёма вооружения и боеприпасов было слишком мало, чтобы вооружить нужное количество людей. Поэтому, через пять дней мятеж был подавлен силами стянутых к города легионов, а оборонительный периметр подвергся серьёзным изменениям. Теперь захватить его не так просто.
Второй вопросительно смотрит на меня, видимо ожидая реакции на слова про периметр.
Собираюсь ответить, но вместо меня внезапно начинает говорить Ранна.
— Тогда у них не было Тео. И одарённых, что были бы им подготовлены. Представь, что произойдёт, если укрепления окажутся под атакой тысячи, таких, как мы.
Тот ненадолго задумывается. Наконец выдаёт ответ.
— Скорее всего оборонительный рубеж падёт. Но потом нас сомнут.
С точки зрения логики, парень отчасти прав. Если императорские гвардейцы останутся в строю и я не отыщу вариант противодействия им, то любое восстание обречено.