На одном была пышная юбка из кленовых листьев, на другом – из виноградных.
– Ах, разбойницы! – не ужаснулась, а восхитилась Натка.
Должно быть, ей приятно, что не только у нее ребенок «с сюрпризом», благонравные девочки тоже оказались маленькими разбойницами.
– Но как им родители разрешили? И не забрали костюмы, а им же повторно в конкурсе участвовать! – вслух задумалась я.
– К новому конкурсу наверняка другие костюмы будут, эти уже исчерпали свой потенциал, – решила Натка.
Округлые конструкции из лаковых листьев, уже слегка припорошенные свежим снегом, трепетали и сверкали зеркальными зайчиками, как дискотечные шары.
Я подошла поближе и посмотрела.
…из шариков керамзита.
То есть наш милый мальчик и две благонравные девочки еще и на соседнюю стройку сгонять успели.
Помимо роскошных снеговиков газон украшали крылатые фигуры «ангелов», полученные путем укладывания мальчика и девочек на снег с последующим просторным ерзаньем по нему мальчиковыми и девочковыми руками."
"Фигур было больше, чем три. Видно, «ангелы» создавались в свободном экспрессивном стиле и получились не с первой попытки.
«Пуффф! Пуффф!» – послышалось сбоку.
Я повернулась на звук.
На краю газона Натка, присев на корточки, рукой в перчатке выколачивала снег из третьего снеговика – в сравнении с принаряженными маленького и неказистого. Снеговик, не обращая внимания на выбиваемые из него тучи белой пыли, радостно тарахтел:
– Мам, я решил, что хочу быть мангустом… нет, мангустером… или мангустатором… кто все вкусное пробует?
– Дегустатором? – Натка подсказала сыну нужное слово и снова сделала ладонью решительный «пуффф».
В свете близкого фонаря окутавшая мать и сына снежная пыль засверкала, как золотое конфетти.
– Точно, дегустатором! – обрадовался Сенька. – А ты умеешь печь гату с орехами? Ринка умеет, она меня угостила, очень вкусно!
– Что за Ринка?
– Ну, Каринка! Она хочет стать кондитером и делать разные торты. А Белка…
– Что за белка? – Натка заветела головой и присмотрелась к ближайшей елке.
– Ну, Изабелка! Она, когда вырастет, будет кошек дрессировать, как Куклачев.