Ребенку должно быть комфортно, иначе он будет отвлекаться от съемочного процесса. Ну, все понятно? Тогда ждем вас в четверг.
Натка положила трубку и вытерла вспотевший лоб.
– Во что мы ввязываемся? – пробормотала она.
Жаба квакнула отчетливо ругательно, умыла лапы и канула в глубину материнской души.
Чтобы вернуть себе душевное спокойствие и хорошее настроение, Натка стала в деталях представлять золотую статуэтку «Оскара». Большую, красивую, сверкающую в свете прожекторов.
Безусловно оправдывающую инвестиции в профессиональную карьеру будущего лауреата.
– Гримвагон?! – Никита откинул голову и захохотал.
– Правильно говорить – гримваген, – поправила я, любуясь радостным Говоровым.
Сегодня у него было дело в суде, и мы встретились перед началом рабочего дня в ближайшей кофейне, чтобы вместе позавтракать.
Было чудесное зимнее утро – тихое, кремово-розовое, все в уютных снежных кружевах. В кофейне вкусно пахло корицей и свежей сдобой, тихо звякали ложечки, негромко гудели голоса. Громко хохочущий Говоров выбивался из общей стилистики, но смотреть на него мне было очень приятно.
Отрадное и редкое: в зал суда Говоров, как обычно, явится в образе сурового прокурора.
– Хоть горшком назови, только рядом с судом не ставь, – переиначив пословицу, добавил Никита и с удовольствием укусил свежий бублик.
– Думаю, примерно такой будет резолюция Плевакина на заявлении Кобылкиной, – заметила я.
Мы еще похихикали – история с гримвагеном твердо обещала стать новым анекдотом, – а потом вместе пошли в суд.
Нам не хотелось расставаться, это и радовало, и смущало, и вызывало досаду. Я чувствовала себя школьницей, которой некуда привести приятеля, такого же подростка.
Глупо, наверное. У Никиты прекрасная квартира, в которой он живет один, а мы встречаемся то в ресторанчике, то в кофейне…
Я размышляла об этом, не слишком внимательно просматривая скопившиеся на рабочем столе бумаге, Никита с Димой обсуждали разные внутрисудебные новости – кто женился, кто крестился, кто пошел на повышение, а кто рискует не пройти аттестацию – и мировую политику, при этом запросто называя глав разных стран и всемирных организаций по именам, как соседей по лестничной площадке.
Мужчины, даже самые умные и серьезные, любят посплетничать не меньше, чем женщины. Просто у них масштаб другой – более глобальный.