Если так, то прямо сейчас в моем кабинете кто-то уверенно выдвинулся в долгожители.
А как же я?
– Я тоже хочу! – толкнув дверь, сказала я вместо «здрасте».
– Американо? – от кофемашины мне приветливо улыбнулся Дима.
Хохотал не он, а Машка и Костя Таганцев.
Они сидели бок о бок на стульях для посетителей, сдвинув головы и глядя на экран смартфона. Судя по розовенькому чехлу, гаджет был Машкин. У Таганцева, я знаю, мобильник упакован в ударопрочную скорлупку с изображением российского флага.
– Американо. – Я (не патриотка в выборе утреннего напитка) протянула руку, и помощник вручил мне горячую чашку – между прочим, мою любимую, с миленьким косоглазым хомячком, туго набившим защечные мешочки.
Он, можно сказать, мой недосягаемый идеал – тот хомячок. Гладкий, сытый, всегда с припасами…
– Ты бы хоть разделась, – тоже опустив приветствие, сказала Машка. – Гардероб вроде нынче не оккупированная территория?
– И вообще – театр начинается с вешалки! – многозначительно изрек Таганцев, и они снова радостно захохотали.
– Что тут происходит? – Я поставила чашку и сбросила на руки Диме пальто в комплекте с вопросом. – Чем вызваны эта бескорыстная радость и этот ранний визит?"
"– Я просто мимо шел, дай, думаю, загляну, – выдал свой обычный ответ Таганцев.
– А я специально зашла, чтобы спросить, видела ли ты это. – Машка помахала своим смартфоном. – Но ты, похоже не видела, иначе не была бы так сурова.
– Что тут у вас? – Я снова взяла чашку, глотнула кофе и подошла к весельчакам.
– Не у нас, а у вас, – поправил Таганцев. – Мы, оперативные работники, живем очень скучно, только иногда маски-шоу устраиваем, а так-то к нам никто сам с представлениями не является.
– Читай. – Машка вручила мне свой гаджет.
Я посмотрела на экран – там был открыт инстаграм-аккаунт незнакомой мне особы под ником @kobrayadevochka. Кобрая, стало быть, девочка. Видимо, такая же добрая, как ядовитая змея.
Пост был длинный, о таких в интернете говорят «многабукафф». Кобрая девочка одним разом сцедила поллитра яда.
«Несмотря на то что шоубиз не резиновый, в него продолжают рваться поенаехи-неумехи, за которых нам мучительно стыдно. Пытаясь с наскоку захватить мир моды/театра/кино (впишите нужное), они извращают саму идею служения искусству, потому что вовсе не видят грани между сценой и закулисьем.