Бросила осторожный взгляд из-под ресниц на предмет моих дум, который с самым невозмутимым видом натягивал на себя рубашку. А что творится у него в голове в этот момент, для меня навсегда останется тайной, покрытой мраком.
У самой двери замираю, не зная, следует ли что-то говорить. Быть может, попрощаться?
Но потом решаю промолчать и тихо выскальзываю за дверь. Кажется, сэйр Варнадо этого даже не заметил.
И лишь выйдя на улицу и вдохнув уже свежий вечерний воздух после долгих месяцев изнуряющей жары, я, наконец, осознаю, как же сильно мне повезло.
Я ведь даже не планировала его всерьез соблазнять. Лишь лихорадочно искала пути выхода из ситуации. И, похоже, нашла верный. Потому что к расспросам больше никто не возвращался, и мне позволили выйти из здания министерства целой и невредимой.
Думать о том, что именно произошло в кабинете министра правопорядка, я не хотела.
Не думать. Не вспоминать. И никогда больше этого не повторять.
С этими мыслями я и двинулась вниз по улице. А карман прожигал список тех, кого приговорили к смертной казни.
* * *Сэйр Тобиас Варнадо стоял у окна своего кабинета и смотрел, как хрупкая женская фигурка удаляется прочь от министерства.
Он смотрел и не мог понять, зачем вообще не дал ей уйти, зачем не остановил ее, когда она его поцеловала, и зачем сделал все остальное.
Поверил ли он ей? Разумеется, нет.
Доверял ли он ей? Ни на грамм.
Жалел ли он о содеянном? Ни в коем случае.
Даже министрам правопорядка позволены маленькие слабости. И тэра Ирис Стэйб стала одной из них.
Ему стоило присмотреться к этой девчонке раньше.
Но ничего, у него еще будет время. Присмотреться к ней получше. Узнать, что она делала в его кабинете, и что же от него скрывает. И повторить великолепный секс, разумеется.
От этой маленькой слабости сэйр Тобиас Варнадо отказываться не планировал.
Глава 4
Стоять под прохладным ветром наступающей осени посреди пустынной темной улицы страшно мне не было.
И темная магия в арсенале. Куда уж без нее…
Но сегодня на улицах столицы было спокойно. И даже под покровом ночи наружу не спешили выползать те, кто за пару медных монет был готов лишить тебя жизни.