Чернобус сосредотачивается и слушает. Один из афганце начинает говорить — на своём языке, но смысл легко преломляется через мой переговорный амалет. Я слышу ясно.
— Наш господин Калифа хочет альвийских девушек, — произносит он, даже не пытаясь скрыть похоть в голосе.
Другой подхватывает, с ухмылкой:
— Если доставим пять девушек, он даст нам одну красавицу — общую на всех. Она будет нашей наложницей.
Второй кивает, облизывая губы медленно, с намерением, от которого воротит желудок. В глазах — ни капли сомнений.
Что ж, похоже, у этих господ начинается очень длинная, очень холодная и очень, очень плохая ночь.
Вот только вас мне не хватало, восточные черти. Калифа, значит, послал. Решил взять альвийских девушек на абордаж? Серьёзно?
— Чернобус, ликвидация, — приказываю равнодушно.
Капитан-ворон передает приказ своим громогласным «карр». В следующую секунду стая воронов срывается с неба. На подлёте — первый залп. Поток ледяной магии срывается с высоты, с шипением и треском покрывает палубу катера.
Следом — второй залп. Он бьёт точнее, сильнее. Афганцы замирают, будто в них разом выключили жизнь. Обледенение сковывает их тела за секунды. Лица искажаются в гримасах, руки вытянуты, замерли в попытке отбиться или закричать.
Катер издаёт глухой треск. Корпус скрипит, изгибается, и медленно уходит под воду.
Вот теперь — хорошо."
"Я отпускаю ментальный контакт, возвращаюсь в своё тело.
Чёрт бы побрал этого эмира Калифу. Торговля — торговлей, но если афганцы позволяют своим людям охотиться на альвийских девушек, придётся не просто вычеркнуть их из списка, да и в ответ пойти войной. Да и вообще, где они катер раздобыли? В Финляндии кто-то из тамошних аристократов все еще точит на меня зуб? Похоже на то.
Уже у себя в кабинете сижу в тишине, глаза прикрыты. Дом спит, а я нет. Мысли не дают покоя. Пора ускоряться.
Южную Обитель Мучения нужно стереть с лица земли как можно быстрее. Это не просто вылазка, не просто зачистка. Это — точка запуска. Как только локация будет очищена, я смогу активировать Международный портал. А это уже совершенно другой масштаб.
Европейские аристократы сойдут с ума, когда на рынок хлынет поток аномального мяса. Их собственные зоны давно выжаты досуха — осталась лишь одна в Испании, и та едва жива. Продукт там слабый, объёмы мизерные.